Цитата на случай: "Если что-нибудь петь, то перемену ветра / западного на восточный..." И.А. Бродский

Загадки Сильвии Плат

27 октября исполняется 88 лет со дня рождения одной из самых ярких представительниц американской «исповедальной поэзии». Prosodia раскрывает сложность образного мира поэтессы на примере позднего стихотворения.

Чернышев Илья

Из окна спальни Плат был виден тис, стоявший на церковном кладбище

Маленькая фуга


Качаются черные пальцы тиса;

Плывут над ними холодные облака.

Так глухонемые слепым

Пoдают сигнал, который не принят.

 

Мне нравятся черные формулировки.

Бесформенность вот этого облака!

Белого, как белок глаза!

Глаз слепого пианиста

 

За моим столиком на корабле.

Он ощупывал пищу.

У пальцев его были носы куниц.

Не могла оторвать глаз.

 

Ему был внятен Бетховен:

Черный тис, белое облако,

Ужасные осложнения.

Ловушка для пальцев – клавиш мятеж.

 

Глупы и пусты, как тарелки –

Так слепцы улыбаются.

Завидую громкому шуму,

У Grosse Фуги ветвистость тиса.

 

Глухота – это нечто иное.

Столь черно жерло, отец!

Вижу твой голос,

Черный и лиственный, как в детстве.

 

Порядок ветвей тиса

Готический и варварский, чисто немецкий.

Мертвецы оттуда вопят.

Я ни в чем не повинна.

 

Тогда тис – мой Христос.

Не так ли точно его пытают?

А ты во время Великой Войны

В калифорнийской закусочной

 

Лопал сосиски!

Они расцвечивают мои сны,

Красные, крапчатые, как перерезанные шеи.

Настало безмолвье!

 

Великая немота порядка иного.

Мне было семь. Я ничего не знала.

Мир явился таким.

У тебя была одна нога и прусский ум.

 

Сейчас похожие облака

Расстилают просторные простыни.

Ты ничего не сказал?

У меня память хромает.

 

Помню глаз голубой,

Ящичек мандарин.

Да, это был тот человек!

Смерть раскрылась, как черное дерево, чернó.

 

Я выжила до поры,

Утро своё привожу в порядок.

Вот – пальцы мои, вот – мой малыш.

Облака – подвенечное платье, столь же бледны.
2 апреля 1962

(перевод Яна Пробштейна)

 

Сильвия Плат (1932 – 1963) родилась в Бостоне, штат Массачусетс. С детства сочиняла стихи и прозу, публиковалась в периодических изданиях. В 1956 году вышла замуж за английского поэта Тэда Хьюза, отношениям с которым посвятила множество стихотворений. Несмотря на яркий талант, отмеченный современниками, при жизни Плат были изданы только один ее стихотворный сборник «Колосс» (1960) и роман «Под стеклянным колпаком» (1963). 11 февраля 1963 года после продолжительной депрессии поэтесса совершила самоубийство. В 1982 году посмертно награждена Пулитцеровской премией.


Стихотворение «Маленькая фуга» интересно своей загадочностью. На первый взгляд, оно представляет собой объемный каталог перетекающих друг в друга образов. Однако прислушаемся к словам Теда Хьюза, который утверждал, что произведения Плат – это «главы мифологии, в которых сюжет <...> сильный и ясный, даже если его происхождение и действующие лица, по сути, весьма загадочны», и попробуем представить целостную картину. Ключом к разгадке может послужить название, имеющее как музыкальное, так и психиатрическое значение. 


Характерной чертой музыкальной фуги является повторение и развитие одного или нескольких мотивов. В стихотворении Плат развитие получает мотив смерти. Центральный образ тисового дерева (появляющийся также в стихотворениях «Луна и тис» (1961), «Три женщины» (1962), «Мюнхенские манекены» (1963)) возникает трижды: сначала как деталь пейзажа, затем в связи с «Большой фугой» Бетховена и, наконец, как визуализация голоса отца. Этот образ отсылает читателя к настольной книге поэтессы, мифологическому трактату Роберта Грейвса «Белая богиня». В ней упоминается английское поверье, согласно которому тис, растущий в церковном дворе, протягивает корни ко рту каждого умершего. В интерпретации Плат этот миф обретает новое значение – тис становится медиумом, проводником в мир мертвых. На это указывают строчки, сохранившиеся в черновой рукописи: «The yew is many-footed, / Each foot stops a mouth». К слову, из окна спальни Плат был виден тис, стоявший как раз на церковном кладбище. 


Диалог противоположностей, черного глухонемого тиса, принадлежащего царству мертвых, и белых слепых облаков, принадлежащих небесному царству, повторяется снова, на этот раз – удачно. Пианист, несмотря на слепоту, оказывается способным услышать Бетховена, испытывавшего проблемы со слухом. Музыка позволяет черному и белому сосуществовать рядом – на клавишах фортепиано. 


В шестой строфе появляется образ отца. Происходит третья встреча живых и мертвых. И снова нарушение коммуникации. Героиня стихотворения видит «черный и лиственный» голос, но услышать его неспособна. Отсюда – «безмолвие» и «великая немота». 


Чтобы разобраться в происходящем далее, необходимо вспомнить, что в психиатрии существует понятие диссоциативной фуги – редкого психического расстройства, при котором человек, спасаясь от невыносимой ситуации или желая избавиться от травматического опыта, на время теряет свою личность.

 

Демонизация образа отца и провалы в памяти героини стихотворения, наплыв воспоминаний отдельными кадрами, выхваченными из детства, отражает попытки Сильвии Плат справиться с реальной потерей. Отто Плат умер в 1940 году, когда Сильвии было всего восемь лет. Дневники Плат свидетельствуют о том, что поэтессе так и не удалось смириться с утратой. В 1959 году она пишет: «Ясный день в Винтропе. Пошла на могилу отца. Очень тяжелое зрелище. <…> На третьей части кладбища на плоском травянистом месте, выходящем на желтоватый пустырь, за которым ряды деревянных квартирных домов, я нашла плоский камень: "Отто Е. Плат, 1885 1940". Сразу за аллеей на него так легко наступить. Почувствовала себя обманутой. Хочется выкопать. Доказать себе, что он существовал и вправду умер. Насколько он далеко?».

 

В финале стихотворения фокус переводится на события настоящего. Подвенечное платье и родившийся ребенок становятся атрибутами новой личности, отказавшейся от влияния отца, однако слова о том, что героиня «выжила до поры» указывают на нестабильность мира, который она пытается создать вокруг себя.

Читать по теме:

#Новые книги #Лучшее #Пристальное прочтение
Михаил Гронас. Кто кто

Предлагаем вашему вниманию работу Антона Брагина, присланную на конкурс «Пристальное прочтение поэзии 2020». Это рецензия на книгу «Михаил Гронас. Краткая история внимания. М.: Новое издательство, 2019».

#Новые книги #Лучшее #Пристальное прочтение
Александр Скидан. Топология цикадного единства

Рецензия на книгу «Скидан А. Контаминация. – СПб.: Порядок слов, 2020» – конкурсная работа финалиста «Пристального прочтения поэзии 2020» Максимилиана Неаполитанского.