Цитата на случай: "Хозяйкин черный кот глядит, как глаз столетий, / И в зеркале двойник не хочет мне помочь". А.А Ахматова

Александр Славников: «Жизнь у челяди грязна, пуста»

Prosodia представляет новые стихи поэта из Петербурга Александра Славникова. Автор взглянул на современный мир глазами потомка киргизского хана XVII века.
фотография Александр Славников | Просодия

Чем это интересно


Личность хана Иренека оценивается историкам неоднозначно. Это был успешным военачальником (в течение двадцати лет он вел борьбу против русских и сумел приостановить их дальнейшее продвижение в Южную Сибирь), хитрым дипломатом (дал присягу царю, но при этом сохранил с ним «суверенную равноправность»). По версии других историков, Иренек был разбойником, «степняком-феодалом».

Славников ощущает себя потомком этого хана и пытается посмотреть на современный мир глазами предка.
Цикл – своего рода отчет о проделанной работе, написанный, по всей видимости, для Господа. «Осмотрел, результаты удручают, очень похоже на ад, челядь не может распорядится доставшимся ему миром, нужен хан-император по имени Смерть».

Справка об авторе


Поэт Александр Валерьевич Славников (Александр Чистобаев) в 2015 году защитил диссертацию по филологии. Автор сборника стихов «определённая форма Глагола». Занимается разработкой исторических циклов. Живет в Петербурге.



Дуля в кармане

«я – потомок хана Иренека,
сломанный в двенадцатом колене,
бой даю таким, как я, калекам,
ноунеймам, формам, имярекам,
то есть всем, кто в теме и не в теме.

Если б мне регалии вернули,
я бы разошёлся не на шутку,
я в кармане бы припрятал дулю
для юристов: не возьмёшь дедулю,
не начинишь скверноплодом утку.

Закрепляем: я – потомок хана,
я – сибирский корень, роспись, фреска,
...большевик нас в жертву, как баранов:
беков, баев, боевых шаманов...»

закрываю книгу – плоско, пресно.

(14.1.2022)


Пожинание плодов

Поглубже голову в мохнатый капюшон,
от ветра и от черни защищён.

Вокруг молочники, привратники, куда
не кину прозорливый ханский глаз,
голь перекатная, хабалки, голытьба,
сплошной рабочий класс.

В колодец скинули священников, дворян,
теперь преследует вас жажда. Из колодца
две кости бьют в набухший барабан,
который всхлипнет и взорвётся.

(16.01.2022)


предложение

Пекло полноценное во рту.
Пекло во дворе зеркалит пекло,
я – хоть Феникс: не смогу из пепла
при таком-то пекле! Дым тяну.

В кресле что ли подкатить к окну?

В котловане парень весь в чернилах,
пальцем безымянным на уста
тычет. Видимо, гореть устал.
Минералку предложу и мыло?

Жизнь у челяди грязна, пуста.

Серебром маню того, кто в яме,
приползает парень за водой,
вороненок клювом рыл в канаве,
но теперь он – сотрапезник мой.

я пою птенца, как на убой.

Как ни странно, он – шаблонный малый:
в предках нет князей, духовных лиц.
он на жалость давит, я – на жало,
пьём из черепа бесстыдно, жадно,

чернь признательна, что помогли?

Духотища полная, как дама,
как жирдяйка, как не знаю кто.
Хоть бы лопнула в Эдеме дамба,
чтобы перебить наш кипяток.

И понизить болевой порог?

Что ж, ворчу: «Свалился, словно камень,
плод гнилой в помещичьем пруду.
Может, поменяемся телами?
К этому твой рабский мозг веду.

Всё равно успеем все... к Суду.

Будешь в пурпуре, парче и шёлке,
замычат с тобой бычки, а хочешь – тёлки.
Знаю древнетюркский ритуал,
прадед мой в обряды посвящал.

Или, может, третий раз в настолки?»

В зеркале парниша закивал,
кресло продвигая к шифоньеру.
Кто б унял меня? Познать бы меру...
Достаю из зеркала кинжал.

В зеркале один из нас заржал.

(20–21.01.2022)


Высочайшее Прошение

Господи! окрест – одна людина:
челядь, экс-крестьяне, персонал.
их вокабуляр: «давай, иди на...»,
пиво выбирают, а не вина,
я ж не первый, кто Тебе сказал?

невозможно просто: скот дворовый,
маскулинность прёт из всех щелей,
за корону не умрут, но за корову,
сделаю расклад, когда колоду
обновлю, на возвращенье королей.

Воскреси, Отец, аристократов
всех народов бывшего совка.
им уже готов хан-император,
ибо персонажам нужен автор,
я ведь нужен подданным пока?

(27–28.01.2022)


На перекрёстке

На перекрёстке Мойки и Немойки
я вспоминаю гибель бонапарта:
зелёными обоями отравлен.
Успех, как оказалось, исчисляют
конечным однозначным результатом:
насколько смог переварить пространство,
в котором горцы, тюрки и славяне?

никто меня премьером не назначит,
на царство вряд ли буду коронован,
в Матечестве мой статус ханской крови
стада рабочих явно не поддержат.

На пешеходной кляче красный свет
позиции секундные теряет.
«Салам, брателло. Может, подвезти?»
«Вези, милейший, нас на край пучины,
где остров имени Святой Елены.
Попробуем войти в теченье дважды».

Снег падает на Небо с тротуара:
коварство освещения нуара?
Циклоп трёхглазый источает слёзы.
Залазь в карету и не ёрзай.

(11.02.2022)


древнее древнего

я – архихтонь, я – древний хан и бек.
С тобой сейчас – в цилиндре и во фраке,
погашенный шаманской кровью факел;
я – смерть твоя, любимый человек.

Ещё раз: я – тринадцатый аркан.
я – три четвёрки в азиатском стиле.
Со смертью попрощайся. Что ж...пока...
пока друг друга мы не разлюбили.

(16.02.2022)

Prosodia.ru — некоммерческий просветительский проект. Если вам нравится то, что мы делаем, поддержите нас пожертвованием. Все собранные средства идут на создание интересного и актуального контента о поэзии.

Поддержите нас

Читать по теме:

#Новые стихи
Андрей Першин. Жизни простое что

Prosodia представляет подборку новых стихотворений Андрея Першина, поэта из Краснодара. Поэт работает с миниатюрой, которая написана как бы в полусне. В ней предметом любования оказываются сами мимолетные связи, возникающие только в пространстве этой речи.

#Новые стихи #Лучшее
Андриан Сажин. Розы сорваны, но не сломлены

Prosodia впервые публикует поэта из Санкт-Петербурга Андриана Сажина. То, что он делает, можно назвать поэзией беззащитности – уязвимости, предстающей как красота.