Сергей Круглов. Ангел войны пишет и пишет

Prosodia публикует новые стихи Сергея Круглова, поэта и священника из Сибири. Стихи Круглова религиозны не потому, что написаны с целью проповеди, они религиозны именно в поэтическом смысле, который означает необычайное внимание к человеку, искреннюю озабоченность его обликом.

Сергей Круглов. Ангел войны пишет и пишет

Чем это интересно


У Сергея Круглова, чьи стихи публикуются еще с конца девяностых, на 2022 год пришлась редкая публикационная активность. В новом независимом издательстве «Свободный писатель», созданном поэтом и священником Константином Кравцовым, у него вышло сразу две книги – «Натан. Царица суббота», с циклами, стихи из которых публиковались и ранее, а также книга новых стихотворений «Неделя всех святых». Одновременно в питерском издательстве «Пальмира» вышла книга стихов «Лирика», видимо, составленная ранее. В то же время на сайте «Полутона» вышло несколько его подборок – как со старым, так и новым материалом. Вот и в Prosodia выходит новая подборка. При этом очевидно, что новой компанейщины в русской поэзии, которая наверняка станет отличительной чертой 2022 года, Круглов сторонится – его имени нет ни в антологиях «за» СВО, ни в антологии «против». Он выбрал путь, который не может не вызывать симпатии, - максимально серьезного индивидуального поиска, опирающегося на веру. И этот поиск, судя по всему, не только не ослаб и не потерялся в ситуации 2022 года, он очевидным образом активизировался и невольно вышел на первый план в восприятии тех, кто понимает, чем дело искусства отличается от дела идеологии.


Стихи Сергея Круглова наполнены персонажами, часто не совсем земного происхождения, и ситуациями не бытового, а скорее метафизического характера. Так, в «Крысином короле» мы видим некоего человека, оправданного на суде, к которому обращается некто, напоминающий главного Судию, с монологом о том, почему крысиный король должен быть оправдан. И крысы здесь предстают образом человеческого общества, а крысиный король оказывается лучшим, что это общество может породить. Текст «Мой человек», которым открывается подборка, - своеобразное поэтическое кредо: необходимость поиска своего человека во многом обусловлена тем, что возле него «всегда свободно». Эта «свобода» - своеобразный признак какой-то особенной обделенности и униженности, признак-сигнал, вызывающий в поэтическом сознании инстинкт защиты.

Стихи Сергея Круглова религиозны не потому, что написаны священником с целью проповеди, это как раз не так - они религиозны именно в поэтическом смысле, который означает необычайное внимание к человеку, подспудную озабоченность его обликом, его пригодностью для спасения. И эта озабоченность существует вопреки самым мрачным предчувствиям: «нашим внукам легче: они рождаются сразу с закопченными глазами» - а следующие поколения вообще «лучше не представлять».



Справка о Сергее Круглове


Сергей Геннадьевич Круглов – поэт, публицист, православный священник. Родился в 1966 году в Красноярске. Учился в Красноярском государственном университете на филологическом факультете. С 1999 года служит священником в Спасском соборе г. Минусинска Красноярского края. Автор двух десятков книг стихов, нескольких книг прозы и церковной публицистики. Лауреат премии Андрея Белого (2008), «Московский счет» (2009). В течение ряда лет был автором и ведущим программы «Поэзия. Движение слов» на «Радио Культура», колумнистом интернет-издания «Православие и мир». Стихи выходили в различных изданиях России и стран СНГ, в переводах – во Франции, Италии, Германии, США, Польше, Венгрии, Словакии. Живет в Минусинске.



МОЙ ЧЕЛОВЕК


Пойду в дымную рюмочную, 

потолкаюсь, поищу его,

моего человека.


- Простите, вы не видели? У него еще судьба –

с большими   такими диоптриями, толстыми,

и кажется, что вся душа из глаз наружу,

а на самом деле – вся внутри.

- Дужки перемотаны изолентой?

- Да: ему эпоха наступила, раздавила,

говорит, не нарочно.  Одно стекло треснуто.

- Да вон он, в углу!


Точно: он всегда здесь.

Улыбка его гагаринна, 

водка в стакане – олешинна.

Пробираюсь к нему: рядом с ним

всегда свободно.



***

Ангел войны - сам не воин.

Ангел войны - седой архивист,

к столу в подвале прикован.

На сукне перед ним - гора ломких фото

работы военных корреспондентов.

На фото - разнообразно одинаковые убитые люди.


Ангел войны берёт их наугад,

одно за другим,

кладет под круг света настольной лампы,

макает ручку, -

деревянный изгрызенный держатель, стальное перо №13,

непроливайка, мушиный почерк, -

на одних выводит: «Зверства», на других: «Возмездие».

Ангел войны знает, что дешевые анилиновые чернила

выцветут до Суда,

но пишет и пишет.

Две стопки растут,

одесную, ошуюю,

шатко громоздятся ввысь, во мрак сводов.


Сколько он тут сидит, ангел войны не помнит.

Ангел войны не ропщет - ангелы, сделавшие свой выбор,

не ропщут. Впрочем,

на всякий случай крылья его выстрижены из лопаток.

Фото приносят и приносят.



***


ты помнишь ли книжку «антихрист в москве»?

еще бы она у меня в голове

как льдинка косая не тает

и серые фото листает


там знаки и подвиг и вера и страх 

и молодо-гвардио в синих глазах

проталиной пахнут лесною

и зябкой церковной весною


а помнишь тот первый молитвослов?

как шрифтом слепым в восемнадцать листов

молились как мылились-мылись

в открытое небо ломились


а помнишь ту пасху

а помнишь тот пост

а батюшку?

батюшку храм и погост

и ветр покаянный ковылью

и Голос под епитрахилью 


мы всё унесли?

да 

мы всё унесли

ни неба теперь кроме нас ни земли


спецзнают курки фонарями зажав

ворвались рассыпались по этажам –

а нету.  

ни тенью ни кровью

ни сном ни грехом ни любовью



КРЫСИНЫЙ КОРОЛЬ


Вышел конвой. Растирая запястья,

Сидел я, моргал, ничего не понимал.

И судьи молча - ни до свиданья, ни здрасьте -

Вышли. Он задержался, подошёл и сказал,


Тихо, но истово, убеждённо:

«Доколе алмазно небо и плавает в нём земля,

За одного, всегда и определённо,

Я заступлюсь - за крысиного короля.


Лысые, слепые, сросшиеся боками,

Ультразвуково поющие Мне,

Ненавидимые дворниками-дураками,

Вилами прободаемые в помоечной глубине,


Живущие милосердием братии нищей,

Правящие без власти, простые как мгла,

Самые презираемые, самые беспомощные!

Не сотворившие ни детей, ни зла».



СВАДЬБА НА ФИЛОСОФСКОМ ПАРОХОДЕ


1

солнце над морем все то же

еще вчера оно восходило на западе садилось на востоке

сегодня уже восток и запад

окончательно прекратились


прадеды помнится говорили:

это не айвазовский а какой-то беклин

и вечный дрейф и шторм нам только снится

и свет кончается как-то постепенно


мы уже – в постоянном солнечном затмении

относительно привыкли но еще страдаем: 

не хватает на всех закопченных стекол


нашим внукам легче: они рождаются сразу

с закопченными глазами


следующие поколенья вообще приобретут навыки

которых лучше не представлять


2

сомневающихся в том что следующие поколенья будут

давно выбросили за борт:

надежда умирает предпоследней

последней умрет наша репродуктивная способность


3

так что наутро назначена свадьба

всех ждем на верхней палубе


вход по картонным мирискусно раскрашенным билетам

чистой публике и школьникам скидка


псой из третьего класса

обещал нагнать из морской воды самогону

под это дело выделили ему все машинное отделение

не исполнит падло – в расход как саботажника

ай да этот псой ай да кулибин 


батюшка зубрит требник пономарь венцы драит

только батюшка не затягивай столы заказаны


певчие полощут горла музыканты настраиваются

кто изладил гармошку из бумаги и расчески

а и кто на зубариках кто на белендрясах


то-то будет радость! каждый на пароходе

в предвкушении не спит, ворочается на своей шконке

повторяет завет отцов:

«кончится море пространное, и сойдем на берег

на землю обетованную

тамо гади имже несть числа 

животные малыя с великими –

принесем им как новые данки – нет не философию свободы

нафиг философия свободы свободным – принесем им

пылающее откровенье

свет

который кончается»


4

станут жених и невеста

нашарят руки друг друга

различат друг друга только 

благодаря отражаемому водой свечению  

белой пелены вздымающейся перед нами

откуда несутся огромные мертвенно-белые птицы 

и с неизбежным как рок криком «текели-ли!» исчезают вдали


станут жених и невеста

произнесут клятву:

«клянусь любить тебя

в горе и в радости, 

в богатстве и в бедности, 

в болезни и в здравии, 

в изгнании и в послании,

пока смерть не перестанет разлучать нас».



СИМФОНИЯ


когда стравинский в 70-х

приехал в ссср

его спросили: какую русскую птицу

любите/не любите

старый лукавый кондор ощерился в улыбке

отвечал скрестив длани двуглавым орлом:

вот эту

зря надеялся: в ссср

музыка как принадлежит так и приподлежит

народу

народ и партия посовещались

и не доверяя эмигрантам

заказали симфонию не ему а кейджу

пять веков абсолютной

ватной тишины

идеальное исполнение

контролеры руки за спиной бдят у портьер

антракт отменен

в туалет по спецпропускам

буфет уничтожен как класс

сидим слушаем

не расходимся



ПАСХА, 1972


Стлался дым; и газетку постлали на травке.

Небо сияло, пирамидку мы с братом

В цвет небесный подкрасили загодя,

И просохла, и солнышко, помнится, грело.

Овальное фото – как драгоценная,

Выделки лет, слоновая гладкая кость.

Кто-то пел у соседних могилок, кто-то 

Граблями мерно махал; плакал

В коляске ребеночек; влажным дыша языком,

Большая и неподвижная, на солнцепеке 

Лежала собака, вся в кудлатых репьях.


И к нам подошел и сказал:

«Мир вам!» --- 

--- «Подходи, не стесняйся, товарищ! 

Дело такое, день-то сегодня какой.

Вставай рядом с нами - уж прости, скамеечки нету:

Всё хотели вкопать, да так и не собрались.

Угощайся! Сырковая масса,

Кекс «Весенний», и вот портвешок –

Дешевый, но так ничего.

Ты как к портвешку? 

Вот чистый стакан; ничего, что бинтами, - удержишь?..

Что же! Помянем весну. Пусть живет.

Как хорошо ты сказал, это, про «мир вам».

Ну, не чокаясь! Как говорится, за мирное небо

Над головой, за весну во всем мире!»



ОБРАЗ БОГОРОДИЦЫ «НА ШТАНДАРТАХ ПРОПЯТАЯ»


1

Апофеоз сентября.

Взмокшая, хриплая, золотая, летит земля

в ожерелье из чёрного янтаря


сквозь голубое, прошивая его насквозь.

Непрерывный матрацный шов: стянуто, да не срослось.

«Эй, подайте-ка гвоздь!»


Потеет небо, сукровица по губе.

«Не рыдай Мене, Мати! рыдай себе».


2

подобен, глас тойже:


«выйду на улицу солнца нема

что-то снаружи сошло во мне с ума

выйду на улицу гляну на село

ядерное солнце и мне весело»


3

Икону Богородицы «На Штандартах Пропятая»

(изображена несомой 

над тьмами победительно ощетинившихся шеренг)

так и не освятили: богомаз, надписания не завершив,

внезапно ушел в бессрочный запой.

Заказчик обрывает телефон, но ученики

к трубке не решаются подходить, пихают друг друга в бока.

В мастерской смеркается. Скоро зима.


4

«Этого мира осталось едва на треть».

Помолчи, 

рот на замок, трепло.

Страницу свою удали, от дачи найди ключи.

Доберешься - калитку плотно закрой, на проволоку завяжи.

В бурьяне, в палой листве след к крыльцу проложи.

Печь растопи. В печи

жги всё то, что покуда способно гореть, 

выделяя тепло.



ПРОПИСИ И РАСКРАСКИ


Вот Вера, Надежда, Любовь и мать их София.


Пишем в рифму: дожди здесь какие? – «косые».

Ножки у деток какие? – «босые».

Дали какие? – «глухие».

А как это в общем, кто скажет? – верно, «Россия».

А что у нее на флажке за надпись? – «Мессия».

А у знаменосцев жестокие что? – пусть будет «выи».


Три девочки, две пешком, одна на руках, и мама их, мать.

А куда идут? – умирать.

Это не надо писать.

Это надо нарисовать

И раскрасить – алым и охряным,

Поющим и золотым.

Нарисовали? – листочки можно сдавать

Ветру, луже, стерне, осенней глухой поре,

Сельской церковке за гумном на горе.



Prosodia.ru — некоммерческий просветительский проект. Если вам нравится то, что мы делаем, поддержите нас пожертвованием. Все собранные средства идут на создание интересного и актуального контента о поэзии.

Поддержите нас

Читать по теме:

#Новые стихи #Современная поэзия #Новые имена
Полина Кондратенко. Столярный вкус языка

Prosodia представляет петербургскую поэтессу Полину Кондратенко, которая развивает особую петербургскую поэтику, в которой реальность иллюзорна, а язык сгущен до реальности.

#Новые стихи #Современная поэзия #Эссе
Антон Чёрный. Крутятся забытые кассеты

Prosodia публикует новые стихи Антона Чёрного, вологодского поэта, живущего в Ростове-на-Дону. Это похоже на поэзию принципиальной антипассионарности.