Вячеслав Попов. Будем жить с неясной целью

Чем это интересно

 

Вячеслав Попов свою первую книгу стихов выпустил в 55 лет – и сразу получил признание коллег по цеху, поскольку вошел сразу готовым целостным явлением, которое наверняка повлияет и на коллективный портрет поэтов его поколения. В поэзии Попова классическое свойство «всеотзывчивости» русской музы доводится до некоего фантастического состояния, в котором мы, по сути, оказываемся в сюжете путешествия души по мирозданию, с каждой частицей которого душа чувствует себя способной совпасть. Сценка души, созерцающей тело, данная в первом стихотворении, – своеобразная эмблема творчества Вячеслава Попова, с тем только уточнением, что тело может быть любым. В тело душа выныривает как в реальность, в какой точке это произойдет в следующий раз, предугадать нельзя. Перед нами необычная метаморфоза идиллической по своей природе поэтики, вырастающей в оригинальную мифопоэтику.

 

Справка об авторе

 

Вячеслав Анатольевич Попов – поэт, родился в 1966 году в деревне Малые Коряки Смоленской области. Окончил школу в Бийске (Алтайский край). Получил филологическое образование в Тартуском университете. С 1995 года занимался редакторской работой. До 2018 года практически не публиковался. В последние годы подборки стихотворений выходили в российских и зарубежных изданиях. В 2022 году стал лауреатом Малой премии «Московский счет» за лучшую поэтическую дебютную книгу 2021 года: «Там» (М.: ОГИ). В начале 2025 года вышла вторая книга — «Быстротеченск и окрестности» (М.: ОГИ).

 

***

 

когда цикорий раскрывает

небесно-ясные глаза

 

когда наотмашь разрывает

тишь предрассветную гроза

когда душа над телом спящим

зеркальным пламенем дрожит

 

непоправимо настоящим

весь мир как трещиной прошит

 

 

***

 

я острая трава

со звоном воздух режу

 

я черная вдова

плету свою мережу

я высохший ручей

я солнечная тьма

 

я груда кирпичей

сухой кусок дерьма

 

я оттиск колеса

и горизонта дымка

 

я выстрел в небеса

я ангел-невидимка

здесь все мертвым-мертво

нет смысла никакого

 

и вышел из метро

на станции коньково

 

 

***

 

под медленным небом чернильным

с висящим наклонно дождем

такой разговор сочинили нам

мы в нем до метро не дойдем

колеблемся в дрожь ударяемся

по самому краю бежим

то словно бы удаляемся

то близимся страшно большим

как это сказать непонятно

мы ветер мы музыка мы

горячие радуги пятна

в лучах осязаемой тьмы

 

 

***

 

отпущенника тайн небытия

младенца вынесли на воздух вольный

пусть дышит светом мозг его двудольный

ростком ума виясь и сущности двоя

 

младенец слаб как новая луна

нет в мире полноты

лишь вспышки и урывки

слез пламя влажное и радуга улыбки

и млечная покоя пелена

 

младенец этот я

и вольный воздух я же

и мягкая постель ладоней и колен

и умаление застывшее в пейзаже

и волокно текучей млечной пряжи

и будущий цветок

и вечной тайны плен

 

 

***

 

давай лепить снеговика

давай катать шары

 

давай мы призраки слегка

живем без кожуры

 

давай на небе ни звезды

а мы как светляки

 

давай вокруг в снегу сады

ветвями велики

 

я не хочу я не хочу

я больше не хочу

 

зачем я этот шар качу

и этот снег топчу

 

зачем видна почти насквозь

как детский пар у рта

 

зачем пронзает всё как ось

тоска и красота

 

прощай любовь моя прощай

я больше не могу

 

сам этот мир как шар вращай

сам стой как сад в снегу

 

 

***

 

он никому не докучает

работает как зверь

сквозняк серебряный качает

самоубийства дверь

ветвистомудрая громада

словесных дебрей лось

он пишет книгу снегопада

крест-накрест и насквозь

он улыбается словами

рассказывая про

сны переполненные нами

как поезда метро

 

 

***

 

шел лес шатаясь как медведь

меня встречал и расступался

он ведь был ангелом-хранителем он ведь

не первый раз спасти меня пытался

однажды я вот так уже вступал

в его чащобу чуткую и вещую

я от себя ничком в нее упал

и тек ручьем сквозь тайну индевеющую

вот и теперь я падал в лес ничком

я снег я дно ручья волнистое как нёбо

не спрашивал меня мой ангел ни о чем

я таял он дышал

мы были небом оба

 

 

***

 

заболоцкий мне не снился

не такой он человек

он со мною объяснился

через ивы пруд и снег

хлопья падали тонули

оставаясь на плаву

я спросил не потому ли

так печально я живу

что смотрю на эти ивы

этот снег и этот пруд

зная точно все кто живы

обязательно умрут

ослепительной полоской

неба белого почти

мне угрюмый заболоцкий

улыбнулся не грусти

 

 

***

 

стояла ясная погода

текла как музыка река

по самой кромке небосвода

тянулись чудно облака

 

и было просто невозможно

поверить в то что жизнь моя

устроена совсем несложно

и говорит со мной на я

 

и было невозможно просто

стоять вот так на берегу

в году далеком девяносто

каком же вспомнить не могу

я был бедой я был ошибкой

я знал что больше не могу

и все же повторял улыбкой

реки огромную дугу

 

 

***

 

дали в руки мне младенца

говорят

бери

расти

 

никуда теперь не деться

будем вместе жить

прости

 

перепархивая сиро

как дневные мотыльки

будем мы с тобой от мира

неразлучно далеки

 

в этой жизни

душной

пыльной

есть тенистые места

на изнаночной

на тыльной

чистой

стороне листа

 

будем жить с неясной целью

есть и пить что бог пошлет

а придет конец веселью

познакомимся с метелью

пусть нам саваны пошьет