Я стих искал, но отыскал осколки битых слов

8 мая США, Великобритания и большинство стран Западной Европы отмечают как день завершения Второй мировой войны в Европе. По этому поводу Prosodia подготовила подборку военных стихотворений британских и американских поэтов

Медведев Сергей

Я стих искал, но отыскал осколки битых слов

Лондон после бомбежки 

1. Дилан Томас. Среди жертв утреннего налета был столетний старик

д.томас.jpg

Когда утро едва забрезжило над войной,
Он встал, оделся, из комнаты вышел и умер.
Взрывной волной все двери в домах распахнуло.
Он рухнул на камни, на свой разбитый паркет.
Пусть любимая улочка с траурной черной каймой
Знает, что здесь он на миг задержал рассвет,
Что глаза его были весенние почки и пламя,
Когда со звоном ключи из замков вылетали.
Не ищите обломков жизни в седом его сердце,
Не ждите звона лопаты — уже несется
Небесная «скорая помощь», влекомая смертью.
О, спасите его от этой пошлой кареты!
Утро парит на крыльях его столетья,
И сотня аистов села на руку солнца.

Перевод А. Сергеева


Во время Второй мировой войны валлийский поэт Дилан Томас (1914-1953) не был призван в армию, так как был признан негодным к службе по состоянию здоровья. С 1941 года Томас жил в Лондоне, работал на радио, участвовал в создании документальных антивоенных фильмов.


2. Кит Дуглас. Наука убивать

кит-дуглас.jpg

Под параболой, в небе начертанной шаром,
Превращаясь в мужчину, мальчик застыл, —
Я слишком долго на небо глядел,
Шар, свалившись мне в руки, запел:
Открой погляди что держишь в горсти
Убивать предназначен этот подарок
Уже на шкале прицела возник
Солдат, который скоро умрет, —
Идет, улыбаясь, — походку, стать
От сотен других отличила бы мать.
Паутина легла на лицо, и вот
Кричу я: «Готов!» Отзываясь на крик,
Как знакомая, смерть обернулась, тело
Живое в прах превратив на ходу.
Такое вот колдовство я творю
И, проклятый, с увлеченьем смотрю,
Как сгусток любви летит в пустоту.
Делать призраков — очень простое дело.
Невесомый москит чуть касается малой
Тени своей, чтобы слиться с ней навсегда.
С бесконечной легкостью в это мгновенье
Человек встречается с собственной тенью.
Человек превращается в тень, когда
Смерть приближает москитное жало.

Перевод Я. Пробштейна


Английский поэт Кит Дуглас (1920-1944) воевал в Северной Африке на должности командира танка. Погиб на второй день после высадки в Нормандии в 1944 году.


3. Томас Элиот. Индусам, павшим в Африке

эллиот.jpg

Предназначение человека - в его собственной
деревне,
В его собственном очаге и в стряпне его жены;
В сиденье на приступке в час заката,
Во взгляде на внуков и на соседских внуков,
Играющих друг с дружкой во дворе.

Весь в шрамах но уже в безопасности, такой человек
Обладает воспоминаниями, воскресающими в час
беседы
(В прохладный час или в теплый - это зависит
от климата),
Воспоминаниями о чужаках, как они сражались
на чужбине,
Будучи чужаками и друг для дружки.

Предназначение человека это вовсе не
предопределение,
Каждая страна становится для одних отечеством
А для других чужбиной. Там где падешь смертью
храбрых
Слившись воедино с предопределением, там ты свой.
Тамошняя деревня - твоя деревня.

Не ваша была там земля - и не наша - но
и в нашем Мидлэнде
И у вас в Пятиречье кладбища точно такие же.
Пусть воротившиеся домой расскажут о вас одно
и то же:
О действиях во имя общей цели, о действиях
Ничуть не менее плодотворных из-за того что ни
вам ни нам
Не дано вплоть до Страшного суда познать
Что такое плодотворность действий.

Перевод В. Топорова


Нобелевский лауреат американо-британский поэт Томас Элиот (1888-1965) в действующую армию не был призван, активно помогал еврейским беженцам из Австрии и Германии обустроиться в Англии и в США.


4. Уильям Оден . 1 Сентября 1939 года

оден.jpg

Я сижу в забегаловке
На Пятьдесят Второй
Улице; в зыбком свете
Гибнут надежды умников
Позорного десятилетия:
Волны злобы и страха
Плывут над светлой землей,
Над затемненной землей,
Поглощая личные жизни;
Тошнотворным запахом смерти
Оскорблен вечерний покой.

Пунктуальный ученый может
Перечислить наши грехи
От лютеровских времен
До наших времен, когда
Европа сошла с ума;
Наглядно покажет он,
Из какой личинки возрос
Шизофреничный бог:
С букварем в сознанье вошло,
Что тот, кому делают зло,
Сам причиняет зло.

Уже изгой Фукидид
Знал все наборы слов
О демократии
И все тиранов пути,
И весь этот ветхий вздор,
Рассчитанный на мертвецов.
Он сумел рассказать,
Как гонят науку прочь,
Привычкой становится боль
И беззаконьем закон.
И все предстоит опять.

В этот нейтральный воздух,
Где небоскребы всею
Своей высотой утверждают
Величье Простых людей,
Радио тщетно вливает
Бессильные оправдания.
Но кто еще может жить
Мечтою о процветании,
Когда в окно сквозь стекло
Виден империализм
И международное зло?

Люди за стойкой стремятся
По-заведенному жить:
Джаз должен вечно играть,
А лампы вечно светить.
На конференциях тщатся
Обставить мебелью доты,
Придать им сходство с жильем,
Чтобы мы, несчастные дети,
Страшащиеся темноты,
Брели в нечистом лесу
И не знали, куда бредем.

Воинственная чепуха
Из уст Высоких персон
В нашей крови жива,
Как первородный грех.
То, что безумец Нижинский
О Дягилеве сказал,
В общем, верно для всех:
Каждое существо
Стремится к недостижимому,
Желает не всех любить,
Но чтоб все любили его.

Владельцы сезонных билетов,
Из консервативного мрака
Пробуждаясь к моральной жизни,
Клянутся себе поутру:
«Я буду верен жене,
И все пойдет по-иному».
Просыпаясь, вступают вояки
В навязанную игру.
Но кто поможет владыкам?
Кто заговорит за немого?
Кто скажет правду глухому?

Мне дарован язык,
Чтобы избавить от пут,
От романтической лжи
Мозг человека в толпе,
От лжи бессильных Властей,
Чьи здания небо скребут.
На свете нет Государств,
В одиночку не уцелеть.
Горе сравняло всех;
Выбор у нас один —
Любить или умереть.

В глупости и в ночи
Мир беззащитный погряз;
Мечутся азбукой Морзе,
Пляшут во тьме лучи —
Вершители и Справедливцы
Шлют друг другу послания.
Я, как и все, порождение
Эроса и земли,
В отчаянье всеотрицания —
О, если бы я сумел
Вспыхнуть огнем утверждения!

Перевод А. Сергеева


Англо-американский поэт Уистен Хью Оден (1907- 1973) в январе 1939 года отправился в Нью-Йорк. Его отъезд из Великобритании накануне Второй мировой войны многие восприняли как предательство. Однако, после того как Великобритания объявила войну Германии, Оден сообщил британскому посольству в Вашингтоне о том, что он, если это будет необходимо, вернется в Соединенное Королевство. Ему ответили, что среди лиц за тридцать Великобритания требует только квалифицированных служащих. В августе1942 года Оден был призван в армию США, но его не приняли к военной службе по состоянию здоровья. Летом 1945 года, после завершения Второй мировой войны, Оден был в Германии вместе с комиссией, изучавшей воздействия американских бомбардировок на моральный дух немцев.


5. Алун Льюис. Прощай

льюис.jpg


Итак, мы произносим: "Доброй ночи"" -
И, как любовники, идем опять,
На самое последнее свиданье,
Успев лишь вещи наскоро собрать.

Последний шиллинг опустив за газ,
Смотрю, как платье сбросила бесшумно,
Потом боюсь спугнуть я шелест гребня,
Листве осенней вторящий бездумно.

Как будто бесконечность помню я,
Как мумия, завернутый в молчанье,
Я воду набираю питьевую. Ты говоришь:
"Мы отдали гинею за комнату последнего свиданья".

Затем: "Оставим мы любовникам другим
Немного газа, пусть тепло лучится..."
Лицо твое испуганно - вдали,
Язык твой Вечных слов всегда боится.

Мне поцелуями глаза закрыв,
Смущаешься, как будто Бог ударил
Дитя с его наивным, детским страхом,
Мы бесполезность слез друг другу дарим.

Но мы не отречемся от себя,
Наш эгоизм не расстается с телом.
Наш вздох - дыхание земли,
Следы - навеки на сугробе белом.

Мы создали Вселенную - наш дом,
Мы сделали своим дыханьем ветер,
Сердца в груди - опоры наслаждений.
Перешагнем семь океанов смерти.

Тела покуда воедино слиты.
Когда ж уйдем мы в разные края,
Ты сохранишь колечко, я - заплатку,
Пришитую тобой, любовь моя.

Перевод Ирины Озеровой



Валлиец Алун Льюис (1915-1944) погиб в Бирме, при невыясненных обстоятельствах.
Будучи пацифистом, летом 1938-го он опубликовал в местной газете критическую статью: «Когда наступит война, пойду ли я воевать?». В одном из опубликованных через много лет после смерти писем, Льюис излагал свою позицию следующим образом: «Армия – чёртова тупая, краснорожая, идиотская армия – в своей чертовски скучной „хаки” – служить? – Боже упаси».

Он попал в армию несколько месяцев спустя: «…вероятно, я должен был оказаться здесь. У меня было глубокое фаталистическое чувство, что, в конце концов, так и будет. Отчасти потому, что я хотел бы испытать в жизни все, понять, на что я способен… Но, не знаю… Убивать я не собираюсь. Скорее – наоборот – буду убит».

Почти не издававшийся при жизни, после своей гибели Льюис стал одним из классических британских «военных поэтов».


6. Рэндалл Джаррелл. Потери

Джарелл.jpg

Нет, то не смерть: ведь умирают все.
Нет, то не смерть: мы раньше умирали
В авариях — и наши командиры
Писали рапорты и письма нашим близким,
И списки удлинялись из-за нас.
Мы умирали от ошибочных расчётов,
Врезались в горы, отклонившись с курса;
Или в стог сена на аэродроме,
Или в невидимые провода.
Так умирают муравьи и иностранцы.
(Заканчивая школу, мы не знали
О нашей смерти ровно ничего.)

На новых самолётах мы бомбили
Площадки на пустынном побережье,
Вели огонь по буксируемым мишеням —
И вот однажды утром мы проснулись
Над Англией, в составе эскадрильи.

Всё повторялось: но теперь мы умирали
Не по случайности, а по ошибке
(Ведь совершить её совсем не сложно).
Читали почту и подсчитывали вылеты —
На самолётах с именами женщин
Мы жгли изученные в школе города —
Покуда были живы; а потом
Лежали мёртвыми телами между тех
Кого мы убивали, не увидев.
Тех, кто сумел вернуться, приставляли
К наградам. Об убитых говорили:
«Потери в этот раз невелики».

Они указывали цели; мы бомбили.

Нет, то не смерть — в ту ночь, когда меня
Подбили, мне приснилось, что я умер;
И города шептали: «Наконец-то
Ты мёртв. Но почему я умираю?»

Перевод А. Сергеева

Американский поэт, критик, 11-й поэт-лауреат Рэндалл Джаррелл (1914 – 1965) ушёл в армию в 1942 году, служил в ВВС сухопутных войск США. Его ранняя поэзия отразила опыт военной службы в годы Второй мировой войны.


7. Сидни Киз. Военный поэт

Сидни.jpg

Я мир искал, но отыскал
Стальной оскал штыков.
Я стих искал, но отыскал
Осколки битых слов.
Я строил дом прочнее скал,
Но строил на песке.

Когда не выдюжу, - свихнусь
От боли на земле
И ветром в поле обернусь, -
Поверьте, люди, мне:
Не только в книгах грязь и гнусь,
Но и в моей стране.

Перевод Петра Корытко


Английский поэт Сидни Киз родился (1922-1943). В 1942 году Киз бросил Оксфорд и пошел в армию. Участвовал в Тунисской кампании. Киз погиб в бою 29 апреля 1943 года, прикрывая отступление своего взвода во время контратаки.


Prosodia.ru — некоммерческий просветительский проект. Если вам нравится то, что мы делаем, поддержите нас пожертвованием. Все собранные средства идут на создание интересного и актуального контента о поэзии.

Поддержите нас

Читать по теме:

#Новые стихи #Современная поэзия
Ольга Сульчинская. Уже совершалась работа дороги

Ольга Сульчинская – лауреат Волошинского конкурса 2022 года в номинации «Рукопись поэтической книги». Prosodia предлагает подборку ее новых стихотворений, подчеркнуто сосредоточенных на внутренней жизни и непроницаемых для современности.

#Современная поэзия #Китайская поэзия #Переводы
Чжан Цзао: трещины — суть контур мира

Чжан Цзао – сравнительно недавно ушедший из жизни китайский поэт, который иногда ставится на один уровень с Томасом Элиотом и Иосифом Бродским. После смерти поэта в Китае начался период его посмертной канонизации. Prosodia знакомит с переводами из Чжан Цзао в исполнении Ивана Алексеева.