Анна Баркова: мы всё видели, так мы выжили

29 июля 1901 года родилась Анна Баркова. Prosodia отмечает день рождения поэтессы, проведшей 21 год в тюрьмах и лагерях, ее стихотворением о поколении ровесников ХХ века.

Медведев Сергей

фотография Анна Баркова | Просодия

Герои нашего времени


Героям нашего времени
Не двадцать, не тридцать лет.
Тем не выдержать нашего времени,
Нет!

Мы герои, веку ровесники,
Совпадают у нас шаги.
Мы и жертвы, и провозвестники,
И союзники, и враги.

Ворожили мы вместе с Блоком,
Занимались высоким трудом.
Золотистый хранили локон
И ходили в публичный дом.

Разрывали с народом узы
И к народу шли в должники
Надевали толстовские блузы,
Вслед за Горьким шли в босяки.

Мы испробовали нагайки
Староверских казацких полков,
И тюремные грызли пайки
У расчётливых большевиков.

Трепетали, завидя ромбы
И петлиц малиновый цвет,
От немецкой прятались бомбы,
На допросах твердили «нет».

Мы всё видели, так мы выжили,
Биты, стреляны, закалены,
Нашей родины злой и униженной
Злые дочери и сыны.

1952 г.

Чем это интересно


Анна Баркова была пятым и единственным дожившим до подросткового возраста ребёнком в семье школьного швейцара из Иваново-Вознесенска.

С 17 лет Анна стала в появляться в местной печати со стихами под псевдонимом «Калика Перехожая».

В 1922 году в Петрограде вышел ее единственный поэтический сборник «Женщина: Стихи».

Женщина Барковой – женщина бунтующая. По градусу бунта Барковой, пожалуй, нет равных в русской поэзии начала ХХ века. Бунт в ее крови. Может быть, в какие-то другие эпохи, она стала бы феминисткой, и боролась за права женщин. Но она «попала» в революцию, стала красноармейкой "с красной звездой на рукаве".

Для этого пришлось пойти на кое-какие компромиссы.

Кладбище

Это кладбище очень милое,
Я люблю здесь танцевать.
Вот в этом углу зарыла я…
Но ведь всё нельзя открывать.
Здесь мечта моя покоится.
Она еще малюткой была;
Но, видно, и грезы от простуды не скроются,
И вот она умерла.
Вот в этой могилке не очень крупной
Беспокойно величие спит.
Увы! И величие смерти доступно…
А здесь почивает стыд.
Этот холмик еще свежий,
На него весело смотреть;
Я теперь краснею реже,
А ведь очень неприятно краснеть.
Под этим камнем нежность бьется.
Не умирает до смерти, и конец!
По ночам стонет, из-под камня рвется…
Неугомонный, буйный мертвец.
Опять, опять та же могила!
Я над ней никогда не пляшу;
В нее легла напряженная страстная сила,
Я её пропущу, пропущу!
Это кладбище очень милое,
Я люблю над могилами плясать,
Но что бы со мною было,
Если б мертвые вздумали встать.

1922

Лирическая героиня Барковой похоронила мечту, стыд, нежность. Они несовместимы с революцией

Я больна. Не люблю я танца.
Перестаньте на танцы звать.
Я горю предсмертным багрянцем,
Неудобна моя кровать.

Или так.

Я - преступница; я церкви взрываю
И у пламени, буйствуя, пляшу.

Вот еще.

Если в борьбе я струшу,
Пожалей меня, - пристрели.

Предисловие к «Женщине» написал А. Луначарский. Он пророчил девушке большое будущее: «Свежий, многообразный талант. Простота, искренность. Вот что обнаруживает книга Барковой. Стихотворения ее не крикливы, местами недостаточно оттенены, но они задушевны, свежи своей непосредственностью. Неуравновешенность молодой женской души раскрывает поэтесса. Бодрая вера и сомнения, надежда и разочарования, любовь и печаль, подъем и падения - вот та лестница, по которой проходит женщина, она как грешница обнажается перед исповедью и буйствует от избытка сил. То сжимается светлой печалью, то сгорает в порывах мятежных».

Судя по всему, Луначарский возлагал на «пролетарскую Ахматову» какие-то особые надежды. В 1922 году Баркова по приглашению наркома просвещения перебралась в Москву, некоторое время работала у него вторым секретарём, два года жила в Кремле в квартире наркома в Потешном дворце.

В центральном, как сегодня кажется, стихотворении сборника Баркова просит о любви.

Полюбите меня, люди!
Я стану горда и сильна!
Напьюсь из бесчисленных грудей,
Вашей нежностью стану пьяна.
Полюбите меня, покоренную,
Обратите в жрицу свою.
Вселюдской любовью озаренная,
Ответной нежностью вас напою.
Полюбите меня с преклонением,
Вознесите, как птицы летят.
Люди, я — ваше порождение,
Дерзновенное ваше дитя.
Как возлюбленные, станьте нежны вы:
А если с отдельным изменю,
Предайте меня ревниво
Беспощадного гнева огню.
В объятия мой дух заключите!
К вам на грудь мои песни взлетят.
Покорите меня, полюбите,
Вознесите ваше дитя!

Сборник «Женщина» своего рода манифест 20-летней девушки, ее программа на ближайшие годы. Баркова ощущала себя дочерью новой эпохи и надеялась, что современники ее оценят.

Люди, я — ваше порождение,
Дерзновенное ваше дитя.

Стихотворение «Герои нашего времени» - подведение итогов 30-летнего творческого пути. В 1952 году Баркова уже далека от романтики. «Дерзновенное дитя» превратилось в «злую дочь» века. Иллюзии рассеялись: «Мир сорвался с орбиты и с оглушительным свистом летит в пропасть… Гуманизм оплеван, осмеян, гуманизм «не выдержал». Новая, социалистическая вера и надежда (марксизм, «научный социализм») засмердили и разложились очень быстро… Христианство? Тоже одряхлело, тоже скомпрометировано и запятнано, не отчистишь… Логический вывод: гибель мира…» («Записные книжки», 1946).

В 1921 году на вопрос анкеты «Какую обстановку считаете благотворной для своей литературной работы?» Баркова ответила: «Быть свободной от всех «технических» работ, быть мало-мальски обеспеченной. А быть может, лучшая обстановка — каторга».

К 1952 году Баркова трезво смотрит на мир. Любви от Родины она не дождалась, а вот «благотворную для литературной работы обстановку» ей предоставили (и еще предоставят, только она об этом в 1952 году не знает).

В том же 1952 году она написала стихотворение «Старуха». Еще одно подведение итогов. Более личного характера.

- Куда ты, бабушка, направилась?
Начнётся буря – не стерпеть.
- Жду панихиды. Я преставилась.
Да только некому отпеть.

Дороги все мои исхожены
А счастья не было нигде.
В огне горела, приморожена,
В крови тонула и в огне.

Платьишко всё на мне истёртое,
И в гроб мне нечего надеть.
Уж я давно блуждаю мёртвая,
Да только некому отпеть


В первый раз Анну Александровну арестовали 25 декабря 1934 года – за антисоветские анекдоты и оправдание терроризма. «После убийства Кирова оправдывала террор оппозиционеров, вынужденных прибегнуть к этому из-за отчаяния ввиду лишения их возможностей осуществлять свои идеи» - из свидетельских показаний.

Приговор суда - 6 лет лагерей.

Освободившись, в 1940—1947 годах, Баркова жила под административным надзором в Таганроге, Ростове-на-Дону, Калуге, работала уборщицей, ночным сторожем, бухгалтером.

27 ноября 1947 года её арестовали за «враждебное отношение к социалистическому строю». Приговор суда: 10 лет лишения свободы с отбыванием в ИТЛ и поражением в правах на 5 лет после отбытия наказания.

13 ноября 1957 года, Баркову арестовали в третий раз - за антисоветскую агитацию. Опять 10 лет лишения свободы с последующим поражением в правах на 5 лет.

15 мая 1965 года приговор в отношении Барковой был отменен за недоказанностью предъявлявшегося обвинения. Досрочно освободиться помогли А.Т.Твардовский и К.А. Федин.

Последние годы жизни Баркова провела в полном одиночестве в московской коммуналке. С небольшой пенсией опять же помог Твардовский.

Публикация её произведений началась только в 1990-е. Значительная часть литературного наследия Анны Барковой не опубликована до сих пор.

Читать по теме:

#Стихотворение дня #Поэты эмиграции #Русский поэтический канон
Николай Гронский: оставленный на дне

115-й день рождения поэта Николая Гронского Prosodia отмечает его стихотворением-посвящением Марине Цветаевой.

#Стихотворение дня #Русский поэтический канон
Петр Вяземский: и многому изведал цену я

В 232-й день рождения Петра Вяземского Prosodia публикует его стихотворение «Я пережил». Написанное по вполне конкретному и скорбному поводу, сегодня оно читается в первую очередь как пророчество поэта о своей будущей судьбе, не только прижизненной, но главным образом посмертной.