Аркадий Штейнберг: я День Победы праздновал во Львове

11 декабря 1907 года по новому стилю родился поэт и художник Аркадий Штейнберг. Prosodia вспоминает Штейнберга автобиографическим стихотворением. Редкий случай: автору было интересно путешествовать по кругам сталинского ада.

Медведев Сергей

фотография Аркадий Штейнберг | Просодия

День Победы


Я День Победы праздновал во Львове.
Давным-давно я с тюрьмами знаком.
Но мне в ту пору показалось внове
Сидеть на пересылке под замком.

Был день, как день: баланда из гороха
И нищенская каша марага.
До вечера мы прожили неплохо.
Отбой поверки, Значит, спать пора.

Мы прилегли на телогрейки наши,
Укрылись, чем попало с головой.
И лишь майор немецкий у параши
Сидел как добровольный часовой.

Он знал, что победителей не судят.
Мы победили. Честь и место нам.
Он побеждён. И до кончины будет
Мочой дышать и ложки мыть панам.

Он, европеец, нынче самый низкий,
Бесправный раб. Он знал, что завтра днём
Ему опять господские огрызки
Мы, азиаты, словно псу швырнём.

Таков закон в неволе и на воле.
Он это знал. Он это понимал.
И, сразу притерпевшись к новой роли,
Губ не кусал и пальцев не ломал.

А мы не знали, мы не понимали
Путей судьбы, её добро и зло.
На досках мы бока себе намяли.
Нас только чудо вразумить могло.

Нам не спалось. А ну засни, попробуй,
Когда тебя корёжит и знобит
И ты листаешь со стыдом и злобой 
Незавершённый перечень обид,

И ты гнушаешься, как посторонний,
Своей же плотью, брезгуешь собой –
И трупным смрадом собственных ладоней,
И собственной зловещей худобой,

И грязной, поседевшей раньше срока
Щетиною на коже впалых щёк…
А Вечное Всевидящее Око
Ежеминутно смотрит сквозь волчок.

1965 год.

Чем это интересно



День Победы Аркадий Акимович Штейнберг встретил во львовской пересыльной тюрьме. Тюрьма была особенной - офицерской. Вместе сидели пленные офицеры вермахта, офицеры Красной Армии, а также бывшие офицеры Белой армии, после революции бежавшие из России в Чехию.

Сергей Бычков, литературный секретарь Штейнберга, писал: «О страшных лагерных годах он вспоминал порою с юмором. Ему на самом деле было интересно путешествовать по кругам сталинского ада. А порой приходилось спускаться гораздо ниже Круга первого. Он лишь вскользь вспоминал этап 1944 года, когда его, уже заслуженного майора, награжденного высокими орденами, гнали пешим с толпой арестантов до Львова, где он встретил день победы. Годами позже он узнал, что во время этого этапа на ногах перенес инфаркт».

Аркадий Штейнберг родился в Одессе в семье врача,  почётного гражданина.  В 1921 году Штейнберги переехали в Москву. В 1925 году Аркадий поступил во ВХУТЕМАС, в 1927 году перевёлся в Одесский политехникум изобразительных искусств, через год вернулся во ВХУТЕМАС. В 1929 году ушёл с третьего курса. Учеба по линии изобразительных искусств не задалась. Зато Штейнберг получил известность как переводчик поэзии народов СССР. Другой переводчик Семен Липкин так описывал это время.

Среди шутов, среди шутих,
Разбойных, даровитых, пресных,
Нас было четверо иных,
Нас было четверо безвестных.

Четверо безвестных – это Арсений Тарковский, Мария Петровых, Аркадий Штейнберг, и сам Липкин.

В «Дне Победы» Штейнберг пишет, что «давным-давно я с тюрьмами знаком». 20-летие Октябрьской революции Аркадий Акимович встретил в тюрьме. В ноябре 1937 года он был арестован по заявлению югославского коммуниста-эмигранта, поэта Радуле Стийенского. Поэту Штейнберг показался неблагонадежным. Однако в 1939 году мать Штейнберга добилась пересмотра дела, и в ноябре приговор (8 лет) был отменён.

В 1941 году Штейнберг стал членом Союза писателей. Во время войны служил в политотделе 18-й армии под началом Брежнева. Леонид Ильич дал Аркадию Акимовичу рекомендацию для вступления в партию. В 1944 году Штейнберг был награжден  орденом Отечественной войны I степени.

Аркадий Акимович вспоминал: «Я писал листовки и стихи по-немецки, получалось неплохо: сдававшиеся в плен фашисты не верили, что автор – не немец и никогда не служил в гитлеровской армии!».

Потом майора Штейнберга перебросили на румынский фронт. Он стал заместителем коменданта Бухареста по связям с гражданским населением.

22 октября 1944 года майора-орденоносца арестовал СМЕРШ. Штейнберг был обвинён по статьям УК РСФСР 58-10/2 («антисоветская агитация в военной обстановке») и 193-17б («превышение власти при наличии особо отягчающих обстоятельств»). Восьмилетний срок он отбыл полностью.

Сын Аркадия Штейнберга Эдуард (1937—2012) вспоминал: «Когда его взяли, у него висел значок Сталина на груди, и он мне так и сказал: «Таких дураков, как я, надо было сажать». Он говорил, что лагерь сделал его свободным. Что лагерь научил его смотреть в правильном направлении. И он переводил это на музыку и визуальное искусство… Это был чистый трагический театр».

Что же это был за театр? Какие в нем разыгрывались представления? О львовском эпизоде мы можем судить по стихотворению «День Победы».

Историк литературы Вадим Перельмутер писал: «Штейнберг изумлялся, что в жизни не видывал столь исступлённых адептов Сталина, никакие нквдшники, первомайские толпы не сравнимы с теми беляками. Не было предела их восторгу, когда по пражской мостовой печатали победный шаг красноармейские колонны, ведомые офицерами в сверкающих золотом погонах. Эти погоны, возвращённые армией взамен революционных петлиц и кубарей, произвели на былых «золотопогонников» неотразимое впечатление. Великой заслугой Сталина, за которую все грехи ему простят, они считали слом хребта Германии, исконному злейшему врагу России. Он взял реванш за них, побитых в августе четырнадцатого. Теперь и помереть не жалко... К пленным немцам они, к войне непричастные, относились как низшей расе, угодившей к ним в рабство. Что беда сближает это рабство, что рабство уравнивает, это ложь... «Кто-то должен был об этом написать» сказал Штейнберг, впервые прочитав мне «День Победы»»

По словам Сергея Бычкова, жизнелюбие Аркадия Акимовича, открытость и неподдельное внимание к людям для многих оставались загадкой. Он продолжал общаться с Радуле Стийенским, вслух читал его стихи в лагере, а после смерти выпустил книгу своих переводов из него.

Эдуард Штейнберг вспоминал: «... папа в этом плане был человек очень терпимый. Не догматик. Он все простил».

После освобождения из лагеря Штейнберг, как бывший заключенный, не имел права жить в Москве, Ленинграде и столицах союзных республик, поэтому он поселился в Тарусе, где купил домик еще перед войной. Позже, уже получив московскую прописку, он сохранял дом в Тарусе как летнее жильё и мастерскую.

Эдуард Штейнберг писал, что к ним приезжали Марк Бернес, Арсений Тарковский, Александр Гордон, Юрий Казаков. «Кто в Тарусе жил, те и приходили. Паустовский ходил - они дружили. Мы же на одной улице жили. Паустовский ему деньгами помогал. Он тогда был очень известный и богатый писатель».

Аркадий Штейнберг, наряду с Паустовским, был одним из инициаторов, составителей и редакторов сборника «Тарусские страницы» (1961), где была опубликована первая и единственная прижизненная полноценная подборка его стихов. При жизни мог выйти и сборник. Но Штейнберг хотел, чтобы в него непременно вошла поэма «К верховьям». Редакторы - по разным причинам - были против.

Первая книга стихотворений у Аркадия Штейнберга вышла в 1997 году, спустя 13 лет  после смерти автора.

Как сегодня кажется, собственные стихи были для Штейнберга на втором месте. На первом были переводы, поэтические переложения, как он их называл. Прежде всего это эпическая поэма Мильтона «Потерянный рай» (1976) и книга стихов китайского поэта и художника Ван Вэя (1979).

Напутствие

Пускай на службу человечью
Идёт мой затрапезный стих
И вровень с обиходной речью
Простейшим будет из простых.

Пусть он гнушается притворством
Картонной булки показной.
И станет откровенно чёрствым,
Насущным, как ломоть ржаной.

Пусть будет он подобен хлебу,
Чьё назначение и честь –
На повседневную потребу
Тому служить, кто хочет есть.

(«Тарусские страницы», 1961)

У Штейнберга было много учеников - Л. Вагурин, Д. Веденяпин, Е. Витковский, Т. Грингольц, Р. Дубровкин, В. Летучий, П. Нерлер, Я. Пробштейн, В. Тихомиров. Дмитрий Веденяпин рассказывал Prosodia: «Я стал немножко писать, мне было 15–16 лет. Первые мои попытки, естественно, были ужасными. Потом, когда мне было уже лет двадцать... я познакомился с Аркадием Штейнбергом, поэтом, переводчиком «Потерянного рая» Мильтона. Шифферс дружил с сыном Штейнберга – Эдиком, художником. Штейнберг-старший пригласил меня на поэтический семинар, который он вел. Там и началась моя литературная жизнь. На семинаре Штейнберга я познакомился с Сергеем Гандлевским, Александром Сопровским, Виктором Санчуком, который вскоре привел ко мне Гришу Дашевского. Для меня этот неформальный мир был невероятно привлекательным».

Читать по теме:

#Стихотворение дня #Русский поэтический канон
Давид Бурлюк: скользну в умах, чтобы навек исчезнуть

21 июля 1882 года родился «отец русского футуризма» Давид Бурлюк. Prosodia вспоминает поэта нефутуристическим стихотворением, в котором автор лукавит с собой относительно желания «навек исчезнуть».

#Стихотворение дня #Русский поэтический канон
Валентин Гафт: о Раневской и ее сердечном друге

40 лет назад, 19 июля 1984 года, ушла из жизни Раневская. День памяти актрисы Prosodia отмечает стихотворением Валентина Гафта о дружбе Фаины Георгиевны с Александром Пушкиным.