ЧЕРУБИНА ДЕ ГАБРИАК: ДВОЙНИК ПОБЕДИЛ

5 декабря 1928 года в ташкентской ссылке умерла поэт и драматург Елизавета Дмитриева (в замужестве Васильева). Она вошла в историю под гетеронимом Черубины де Габриак – тоже поэта, 18-летней испанки, богачки, страстной католички, красавицы. Вымышленный образ в итоге полностью заместил собой живого человека. Даже вышедшая в 2020 году книга о Дмитриевой в серии «Жизнь замечательных людей» называется «Черубина де Габриак. Неверная комета», хотя понятно, что никакого такого замечательного человека в реальности не существовало. День памяти поэта Prosodia отмечает стихотворением Черубины «С моею царственной мечтой…»

Рыбкин Павел

Портрет поэтессы Елизаветы Дмитриевой | Просодия

                  * * *
С моею царственной мечтой
Одна брожу по всей вселенной,
С моим презреньем к жизни тленной,
С моею горькой красотой.


Царицей призрачного трона
Меня назначила судьба...
Венчает гордый выгиб лба
Червонных кос моих корона.


Но спят в угаснувших веках
Все те, что были бы любимы,
Как я, печалию томимы,
Как я, одни в своих мечтах.


Но я умру в степях чужбины,
Не разомкну заклятый круг.
К чему так нежны кисти рук,
Так тонко имя Черубины?

(1909)


Чем это интересно


Это самый влиятельный поэтический текст, написанный Дмитриевой от лица Черубины. Он отозвался не только в женской поэзии Серебряного века, например, в стихах Марины Цветаевой («В огромном липовом саду…», 1914) или Мариэтты Шагинян («Полнолуние», 1911). Главное, что он повлиял на жизнь самой Дмитриевой: пророчество литературного двойника сбылось. Елизавета Ивановна действительно умерла в степях чужбины, далеких и от родного Петербурга, и от Испании графини де Габриак, а «заклятый круг» – если понимать под ним связь с двойником – так и остался не разомкнут, теперь уже навсегда. Ни стихи, написанные от своего имени, ни те, что были созданы от лица нового гетеронима, китайского поэта Ли Сян Цзы с его циклом «Домик под грушевым деревом» (октябрь 1928), потеснить Черубину уже не смогли. Она затмила их всех.


Поэт и литературный критик Елена Погорелая, автор «Неверной кометы» в серии ЖЗЛ,  объясняет влиятельность этих стихов и мистификации в целом тем, что Черубина  «сформулировала запрос на женскую лирическую ипостась Серебряного века,  подготовила "выход на поле" двух центральных фигур женской лирики – Анны  Ахматовой и Марины Цветаевой» (Черубина де Габриак. Неверная комета. М.: Молодая гвардия, 2020. С. 133–134), а заодно и сама первой ответила на этот запрос, воплотив образ блоковской Прекрасной Дамы в амплуа поэта. 


Стихотворение датировано 1909 годом: это как раз год рождения и смерти Черубины. В конце мая Лиля (так по-домашнему называли Елизавету) вместе со своим возлюбленным Николаем Гумилевым приехала по приглашению Максимилиана Волошина в Коктебель. Там она быстро сблизилась с Максом, а от  Гумилева, наоборот, отдалилась – тот вынужден был вернуться в Петербург. Там  же, в Котебеле, родилась мистификация. Зачем это было нужно, написано  немало. Одна из целей – поставить голос Дмитриевой как поэту, другая (это уже  осенью) – раскрутить созданный под началом Сергея Маковского журнал «Аполлон»: для раскрутки очень кстати пришлось открытие нового имени в  поэзии.


Проблема в том, что литературная игра быстро стала живой жизнью. Черубина  своими стихами влюбила в себя весь литературный Петербург. С ней стали  искать встречи (между прочим, Дмитриева была сотрудником редакции «Аполлона» и весь этот ажиотаж наблюдала изнутри). Когда Маковский, тоже  увлеченный таинственной незнакомкой, сообщил Волошину, что ему удалось найти  дачу графини на Каменноостровском и что теперь нужно только дождаться ее  возвращения из-за границы, стало понятно, что игру пора прекращать.


История закончилась 22 ноября дуэлью Гумилева и Волошина на Черной речке. Гумилев стрелял в воздух, пистолет Макса дал осечку. Обошлось без жертв. На  поле чести, в снегу вместо чьего-то бездыханного тела осталась лежать только волошинская галоша, давшая потом обильную пищу для фельетонных насмешек. Тем не менее фарсовое завершение игры снова привело к серьезным переменам в жизни ее участников, как до того игра привела к дуэли. Достаточно сказать, что Гумилев порвал с «Аполлоном» и основал Цех поэтов – родился акмеизм. Кроме того, гумилевское предложение руки и сердца, которое Анна Ахматова отвергала трижды, наконец-то было принято. Волошину, наоборот, пришлось отказаться от мысли вступить в брак с Дмитриевой (а дело шло к тому).


В плане работы с литературными мистификациями поэт пытался взять реванш с Цветаевой, предлагая ей выступить сразу от лица поэта Петухова и неких гениальных близнецов, но та отказалась. О влиянии истории с де Габриак на жизнь Дмитриевой было сказано в самом начале: сбывшееся пророчество литературного двойника о судьбе живого, из плоти и крови, оригинала – случай действительно уникальный. В предисловии к своей книге Погорелая пишет: «…Сегодня, когда история  Черубины де Габриак… уже успела приесться, самое время услышать историю Елизаветы Ивановны Дмитриевой-Васильевой» (указ. соч., с. 8).


Вообще-то в таком случае ее именем и следовало бы назвать книгу, тем более из серии ЖЗЛ. Однако на обложке стоит имя Черубины – двойник победил. Означает ли это также победу поэзии или, наоборот, все дело в связанных с мистификацией реальных событиях и судьбах – вопрос открытый.




Справка об авторе



Елизавета Ивановна Дмитриева (1887 – 1928) родилась в семье учителя  чистописания и акушерки. В детстве много болела, страдала костным и легочным туберкулезом. Случалось, была подолгу прикована к постели. На всю жизнь  осталась хромой.


В 1904 году она с отличием окончила Василеостровскую гимназию, в 1908-м, тоже  с отличием, – Императорский женский педагогический институт, где изучала историю Средних веков и французскую средневековую литературу. Годом ранее, летом 1907 года, Дмитриева слушала лекции в Сорбонне. В Париже, в мастерской художника Гуревича, она познакомилась с Николаем Гумилевым. В марте 1908 года состоялось знакомство с Максимилианом Волошиным.


Еще до окончания института Елизавета Ивановна получила право преподавать  русский язык и историю. Ее наняли домашним учителем к пасынку поэта Вячеслава Иванова Косте Шварсалону. Так Дмитриева впервые оказалась в «Башне» – ивановской квартире на Таврической улице, ставшей одним из самых известных и влиятельных литературных салонов эпохи символизма. В 1909-м она вернется туда вместе с Волошиным уже как подающий надежды поэт, а не домашний учитель. И в том же году, в марте, завязывается ее роман с Гумилевым.


При этом еще в 1906 году Дмитриева познакомилась со студентом  Института путей сообщения Всеволодом Васильевым и дала обещание выйти за него замуж. Когда разворачивалась история с де Габриак, Васильев служил в армии, но позднее, в 1911-м, они действительно поженились. С 1907 года и до вступления в брак Дмитриева зарабатывала преподаванием и переводами. В 1912 году она всерьез увлеклась идеями антропософии и все лето провела в Швейцарии, слушая лекции Рудольфа Штайнера, основоположника учения. В августе 1913-го Лиля (теперь уже Елизавета Васильева) назначена гарантом Антропософского общества и полностью погружена в редактирование лекций, переводы, ведение переписки. Даже стихи в это время она сочиняет скорее в виде сопровождения для занятий эвритмией.


В 1918 году Васильева переезжает вместе с мужем в Екатеринодар (Краснодар). Трудится в местных газетах, знакомится с Самуилом Маршаком, приехавшим сюда к жене и сыну. Вместе с поэтом она участвует в создании детского театра и Детского городка для перевоспитания беспризорников, пишет и ставит пьесу по сказке Оскара Уайльда «Молодой король». Кроме того, Васильева служит в Кубанском университете, в переплетной артели. В Краснодаре выходит ее совместный с Маршаком сборник «Театр для детей».


В 1922 Васильева возвращается в Петроград, работает помощником заведующего литературно-репертуарной частью в Театре юного зрителя, но два года спустя увольняется и поступает на Высшие курсы библиотековедения. Пишет книгу для детей о Миклухо-Маклае «Человек с луны». В 1926-м поступает на работу в библиотеку Академии наук. Возвращается к активным занятиям антропософией.


В апреле 1927-го происходит первый арест Васильевой – по обвинению в активной борьбе с рабочим классом при царском правительстве и при белых. В августе следует, видимо, более тяжелое обвинение в связях с Антропософским обществом: Васильеву приговаривают к высылке из Ленинграда на три года. Она отправляется к мужу в Ташкент. Прожить эти три года ей было не суждено.


26 ноября 1928 года с диагнозом рак печени Елизавета Васильева поступила в ташкентскую больницу им. Полторацкого. Ее не стало в ночь на 5 декабря.

Prosodia.ru — некоммерческий просветительский проект. Если вам нравится то, что мы делаем, поддержите нас пожертвованием. Все собранные средства идут на создание интересного и актуального контента о поэзии.

Поддержите нас

Читать по теме:

#Стихотворение дня
Николай Вентцель: мы надо Львом свершили правый суд

6 февраля 1920 года умер поэт, прозаик, драматург Николай Вентцель. Prosodia вспоминает литератора его басней в защиту Льва Толстого.

#Стихотворение дня #Русский поэтический канон
Вадим Шершеневич: штопаю браки и веру Христа

5 февраля 2023 года исполняется 130 лет со дня рождения поэта, переводчика, драматурга Вадима Шершеневича. Настоящая известность пришла к нему в начале 1920-х годов, после основания «Ордена имажинистов». Prosodia решила рассказать о том, как поэт-имажинист пытался воспитать нового читателя.