Лев Рубинштейн: уходим врозь, не забывай меня

19 февраля 1947 года родился Лев Рубинштейн. Prosodia вспоминает поэта стихотворением «Я здесь». Написанное ровно тридцать лет назад, сегодня стихотворение прочитывается как послание поэта потомкам с того света.

Медведев Сергей

фотография Лев Рубинштейн | Просодия

Я здесь



1.
Итак, я здесь!
2.
И вот...
3.
И вот я здесь...
4.
(Откуда ты? Тебя уже не ждали...)
5.
И вот...
6.
И вот я здесь! Как можно описать те чувства...
7.
...те ощущенья...
8.
...те чувства...
9.
(Тебя и не узнать: похорошел, поправился, окреп, на человека...
10.
...похож)
11.
Итак...
12.
Итак, я здесь! Что может быть прекрасней того волшебного...
13.
...Что может быть волшебней...
14.
...того прекрасного...
15.
(И голова как будто бы прошла, и легче дышится, и вообще
16.
полегче)
17.
И вот...
18.
И вот я здесь! Другого уголка...
19.
...такого...
20.
Такого уголка...
21.
другого...
22.
(Ну вот – теперь совсем другое дело. А то я, честно говоря, подумал, что если так, то лучше бы и вовсе не начинать)
23.
Итак...
24.
Итак, я здесь! Да мог ли и мечтать еще недавно...
25.
Могло ли и присниться...
26.
...еще вчера...
27.
(Простым четырехкратным повтореньем)
28.
И вот...
29.
И вот я здесь! Невероятно, но...
30.
Не верится...
31.
...однако...
32.
(Трещат остатки бедного огня)
33.
Итак...
34.
Итак, я здесь! Не буду утомлять...
35.
...Не стану утомлять...
36.
...тебя...
37.
...тебя, читатель...
38.
54 года, сотрудник планового отдела НИИ.
39.
Замужем второй раз.
40.
Имеет взрослого сына от первого брака.
41.
Подтянута, моложава.
42.
Любит петь и играет на гитаре – "для себя".
43.
Примерно в 14.30 возвращалась на работу после обеденного перерыва...
44.
(И вот...)
45.
39 лет, водитель такси.
46.
В молодости занимался тяжелой атлетикой, потом бросил.
47.
Женат.
48.
Двое детей – Денис (14 лет) и Лада (9 лет).
49.
Примерно в 14.30 принял машину у сменщика и направился в сторону Домодедова...
50.
(Итак...)
51.
24 года, воспитательница детского сада.
52.
Рост 170-172 см.
53.
Миловидна, немного склонна к полноте.
54.
Живет вместе с родителями.
55.
Не замужем, но, кажется, имеет постоянного друга.
56.
Примерно в 14.30 стояла на остановке трамвая около Рижского вокзала...
57.
(И вот...)
58.
51 год, артист драматического театра.
59.
Три года тому назад перенес обширный инфаркт.
60.
В театре используется, в основном, в неглавных ролях.
61.
Примерно в 14.30 после окончания репетиции вышел из театра и решил пройтись пешком пару остановок...
62.
(Итак...)
63.
Короче говоря, все вместе должно быть предельно легким, почти прозрачным, едва уловимым.
64.
Может быть, что-то вроде радуги.
65.
А вот описание дома может начинаться с чего угодно.
66.
Хотя бы с цвета крыши.
67.
Или с какого-нибудь растения.
68.
Например, старая ветла у забора.
69.
Или что-то вроде того, как будто бы думаешь, что всего лишь притворяешься спящим, а спишь-то на самом деле.
70.
Или как будто бы кто-то невидимый подкрадется сзади, положит руки тебе на плечи и засмеется таким знакомым смехом, что и слез не сдержать.
71.
Или представьте себе, что вы в постоянном предчувствии какой-то неведомой катастрофы.
72.
И, очевидно, именно поэтому вы инстинктивно сопротивляетесь любым жизненным переменам.
73.
"Ну не могу же я каждый божий день пришивать тебе этот проклятый хлястик!"
74.
(Бросает пальто на пол и вдруг начинает рыдать)
75.
Но мы-то отлично понимаем, что дело тут вовсе не в хлястике.
76.
Или представь себе, что ты ждал этой минуты всю свою жизнь.
77.
И вот ты с трепетом отворяешь заветную дверь...
78.
Т. е. это что-то вроде закрученного в тугую спираль "прощай навеки".
79.
Это понятно?
80.
Итак, я здесь!
81.
...я здесь! Не стану утомлять тебя, читатель, описаниями тягот дороги...
82.
...описаниями тягот дороги, случайных попутчиков, одни из которых были, впрочем, весьма милы, про других же и вспоминать не хочется...
83.
...про других же и вспоминать не хочется, того вполне объяснимого
волнения и нетерпения, усиливающихся по мере приближения к заветной цели...
84.
...волнения и нетерпения, усиливающихся по мере приближения к заветной цели, многого другого...
85.
...многого другого. И вот уже становятся едва различимыми, растворяясь в утреннем тумане, ночные видения...
86.
...ночные видения, и вот уже мчится звонкоголосая ватага мальчишек по косогору прямо к реке...
87.
...прямо к реке, и уже проносятся мимо рейнские холмы, замки, виноградники...
88.
...замки, виноградники, и уже становятся такими бесконечно далекими и треснутая чашка, и пыльное чучело белки, и стеклянный шарик, и скомканная бумага...
89.
...и стеклянный шарик, и скомканная бумага, и нет уже никакого смысла ударять по барабану, который все равно не отзовется, потому что он мертв...
90.
...не отзовется, потому что он мертв, и вот трещат остатки бедного огня...
91.
...трещат остатки бедного огня, но ход вещей не может быть нарушен...
92.
...не может быть нарушен, уходим врозь...
93.
Уходим врозь, не забывай меня.
94.
Уходим врозь, не забывай меня.
95.
Уходим врозь, не забывай меня.
96.
Уходим врозь, не забывай меня...

1994

Чем это интересно


Изначально стихотворение было написано на 96 библиотечных карточках. По строчке на карточку.

Появление карточек Рубинштейн объяснял так: «В середине 70-х годов я создал свой собственный жанр – жанр картотеки, соответствовавший моим тогдашним устремлениям преодолеть инерцию и тяготение плоского листа. В еще большей мере обращение к неконвенциональному жанру диктовалось отчетливым стремлением перевести ситуацию самиздата, к тому времени отвердевшую и казавшуюся вечной, из социально-культурного измерения в чисто эстетическое. В рамках моего опыта этот жанр проявил живучесть, поразившую меня самого. Он оказался способным к саморазвитию и видоизменениям внутри самого себя».

Появлению карточек способствовали и жизненные обстоятельства: выпускник филологического факультета Московского государственного заочного педагогического института долгое время работал в институтской библиотеке. Сначала карточки Лев Семенович использовал как черновики для своих стихов. Но однажды ему пришло в голову, что это никакие не черновики, а литературные произведения.

Писатель Владимир Сорокин в конце 70-х году впервые увидел, как читает стихи Рубинштейн: «Это был уже канонический «Каталог комедийных новшеств» 1976 года, ходивший в «концептуалистском самиздате»: библиотечные карточки с краткими текстами посередине. Одно предложение, прочтение, пауза от перекладывания карточек, еще предложение, прочтение, пауза и — вот оно... новое! Новое! Как у Пригова, Монастырского, Вс. Некрасова, — новое, новое, что раздвигало стены культурного поля, заставляло их камень трескаться под напором... Рутинное в лучах его поэтики прорастало новыми смыслами, становясь ready made или образами Уорхола. Карточки вызывали восторг и недоумение. Именно такой должна быть новая поэзия».

Концептуалист Рубинштейн объяснял «красоту идеи» следующим образом: «Каждая моя вещь, определяемая мною как "текст", одновременно и "взрывает" жанровые привязки, и создает новые. Подчиняясь "памяти жанра", любой фрагмент текста или текст целиком в читательском восприятии ассоциируется с традиционными жанрами. Текст, таким образом, читается то как бытовой роман, то как драматическая пьеса, то как лирическое стихотворение и т.д., т.е. скользит по границам жанров и, как зеркальце, на короткое мгновение отражает каждый из них, ни с одним не отождествляясь. Этот жанр является, в сущности, интержанром, соединяя в себе черты поэзии, прозы, драмы, визуальных искусств и перформанса. Каждая карточка понимается мною как универсальная единица ритма, выравнивающая любой речевой жест, будь то стихотворная строка, фрагмент уличного разговора, наукообразный афоризм, сценическая ремарка, междометие или же молчание – чистая карточка. Стопка карточек может рассматриваться и как визуальный или же манипулятивный объект. Общение с этим объектом – ритмическое перелистывание, последовательное снятие слоев (наподобие археологических раскопок), буквальное продвижение в глубь текста – это предметная метафора процесса чтения как игры, зрелища и труда. Принципиальная квазицитатность письма обусловлена в данном случае тем, что героями каждого моего текста являются некие другие тексты».

К 2010-м годам Лев Рубинштейн практически отказался от писания на карточках и связанной с этим поэтики. По его собственным словам, «появлением компьютера, интернета, социальных сетей та самая «карточка» перестала быть хорошо понятным многим поколениям «носителем». Она стала архивным, отчасти музейным предметом. Сейчас писать на карточках — всё равно как писать на глиняных табличках…»

По словам Владимира Сорокина, «академизация метода — это было не его. Как истинному новатору ему это претило. «Это скучно, Володенька!» — бормотал он каждый раз, когда заходил разговор о мастер-классах, каталогизации, преподавании, музеефикации, и т. д. Только единицы из поэтов такого масштаба способны на такое...»

Днем 8 января 2024 года примерно в 14.30 на нерегулируемом пешеходном переходе в районе дома № 9 по улице Образцова в Москве Рубинштейна сбила машина. За рулем иномарки был 63-летний «визуально трезвый Александр Д, одетый в специальную рабочую форму». По информации, полученной от представителей правоохранительных органов и телеграмм-каналов, в отношении водителя, который сбил поэта, возбуждено уголовное дело по статье 264 Уголовного кодекса «Нарушение правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, повлекших по неосторожности смерть человека».

Утром 14 января 2024 года на 77-м году жизни Лев Семёнович скончался не приходя в сознание.

Prosodia.ru — некоммерческий просветительский проект. Если вам нравится то, что мы делаем, поддержите нас пожертвованием. Все собранные средства идут на создание интересного и актуального контента о поэзии.

Поддержите нас

Читать по теме:

#Стихотворение дня #Русский поэтический канон
Валентин Гафт: о Раневской и ее сердечном друге

40 лет назад, 19 июля 1984 года, ушла из жизни Раневская. День памяти актрисы Prosodia отмечает стихотворением Валентина Гафта о дружбе Фаины Георгиевны с Александром Пушкиным.

#Стихотворение дня #Русский поэтический канон
Джеймс Паттерсон: был я мал во время киносъемки

17 июля 1931 года родился Джеймс Ллойдович Паттерсон, советский офицер-подводник, поэт и прозаик; в детстве он сыграл роль малыша в советском фильме «Цирк». Съемкам в этом фильме и посвящается его стихотворение.