Виктор Соснора: «Розы пахнут. Слоны трубят!»

Два года назад умер поэт Виктор Соснора. Prosodia вспоминает лауреата национальной литературной премии «Поэт» его последним стихотворением.

Медведев Сергей

фотография Виктора Сосноры | Просодия

Погаснет Звезда и ещё через месяц уйдёт Небосвод
и не будут кружиться дубы заоконные на корнях
и змея не очертит круги
и скальпель с пинцетом положит Хирург,
он вмонтирует в сердце часы
и будет их заводить,
а сады цветомузыки – моль съест,
и положат мне Луну в рот красный.
Ну, попразднуй уход
тринадцатой рыбки из щелей пруда
и взлетанье её на крылах-орлах
к жизни; и жажда, она задохнётся под градом скал
и расплавится воск её пёрышек
вниз, как спина.
Говорил же тебе: не пророчь,
не приводи в движенье Ничто,
пусть стоит и мерцает и брызжется,
и цветёт, и свистит.
Ты же закрой глаза-веки, рот и не тронь
всё случится само и без тебя, ты себя
прибереги пока, свет тебе делает смотр,
а потом уж решай,
стоит ли розе вздохнуть,
а слонам трубить,
в том мажоре жить сто световых лет.
Зло опереточное оставь, о Зевс!

Розы пахнут. Слоны трубят!

(из цикла «Энеада», 2005)


Чем это интересно


О том, что это стихотворение – последнее, Виктор Александрович Соснора уведомил своих читателей на своем сайте: «"Феогнид" – последние стихи, которые я написал. Больше стихов не будет. Ещё ни один из уважающих себя поэтов не написал ни строчки после 70, и так во всём мире».

Приведенное выше стихотворение – 8-я часть цикла «МОТИВЫ ФЕОГНИДА. ЭНЕАДА». «Энеада» – это по-гречески «девять», столько частей и в цикле Сосноры.

Феогнид – древнегреческий поэт, живший во второй половине VI в. до н. э. Как гласит словарь «Античные писатели», «аристократ по происхождению и убеждениям, он жил в период крупных общественных перемен и долгой борьбы за власть, которая уже бесповоротно ускользала из рук старой родовой аристократии. Заклятый враг демократии, Феогнид вынужден был покинуть Мегару и удалиться в изгнание».

Лирика Феогнида являет собою один из ярчайших в мировой литературе образцов аристократической ненависти и презрения к демосу. Свои ненависть и презрение Феогнид облек в форму коротких «элегий», обращенных к юноше Кирну.

Подобно Феогниду Соснора жил в эпоху «крупных общественных перемен и долгой борьбы за власть». Темы аристократизма, изгнания не впервые появляются в творчестве поэта. Можно сказать, что они никогда и не исчезали из его творчества и жизни. Двигатель его творчества – противостояние всему и всем («я же постоянно воюю»).

«Сейчас нет народа, есть численность. Вместо того чтобы стать отличным подспорьем в работе, грамотность повлекла за собой всеобщее упование на творчество. Обучившись грамоте под забором на Алтайском хребте, едут в Москву, берут метлу, нюхают клей, женятся на пишущих девушках, пишут романы по 500 страниц, где нет мата, но есть быт. Неталантливо. И это не писатели. И играющий свои бедные и слабые слова под гитару, и кричащий их хрипло и надрывно, и это не литература. Литература потерялась, растворилась в чтиве, в партийных амбициях графоманов. Эти выкрутятся».

Из статьи КАМНИ NEGEREP (1988–1996)

«Сейчас расплодили совершенно тотально самодеятельность, куда ни плюнь. Вот попы, это же самодеятельность, это не священники. А иконы в церквях, это же ужас – бумагу подкладывают! Такого раньше не было. Плохие иконы раньше были, в царское время, в провинциальных церквях, но и то написанные. А здесь уже шпарят. И куда ни плюнь, везде – химия. Вы можете что-нибудь человеческое купить, даже за деньги? Все это химия, подделка».

Из интервью Александру Скидану (2006)

«Ни о каком диалоге с обществом не может быть и речи, общество пишет и читает само себя. Но есть души, и они ждут слов, и их немало, и эту элиту прекрасно понимали и на Западе и на Востоке, но только в 20 веке, когда художников слова смешали с теми, кто пишет, а то есть смешали с грязью – встает вопрос: Катулл, Вийон, Пушкин, Негош, Эдгар По, Гоголь, Велимир Хлебников, эту надкультуру одиночек — куда девать? трактовать? Но и одиночество не изгнание, у него результат – книга, а книга – форма общения. Опростимся ж: есть лишь одна форма изгнания писателя из общества – непечатание, остракизм, а остальные виды изгнаний только следствие. Я не о себе, этим займутся, скажу только, что я автор 31 книги стихотворений, 8 книг прозы, 4 романов и 6 пьес – и все это не опубликовано. Я самый элитарный изгнанник русской литературы, и мою ситуацию можно трактовать шире, как изгнанник из жизни».

Из статьи КАМНИ NEGEREP (1988–1996)


Но если у Феогнида был собеседник (Кирн), то у Сосноры в «Мотивах Феогнида» его нет. Он говорит с самим собой – ну или с Зевсом. Или, наверное, так: поэт и есть сам Зевс, и в герметичном мире, который создал поэт Соснора, не подразумевается других собеседников. Сказано же, что «ни о каком диалоге с обществом не может быть и речи»

У Сосноры поэт-Зевс будет решать

стоит ли розе вздохнуть,
а слонам трубить.

В надежде, что однажды некая душа, ждущая слов, случайно набредет на его наставления просвещенным потомкам.


Справка об авторе


Виктор Александрович Соснора родился 28 апреля 1936 года в Алупке в семье гастролировавших в Крыму ленинградских цирковых артистов.

Во время Великой Отечественной войны, в 1941–1942 годах, находился в Ленинграде. Потом дядька вывез его из Ленинграда на Кубань: «По приказу бабушки, она уже была на Кубани. Там оккупация немецкая. Начал я учиться в немецкой школе, в станице. Учили немецкому и русскому… Ну а когда пришли наши, то нам был бы каюк, потому что мы жили в оккупации, и бабка всех взяла в охапку и уехала, завербовалась в Махачкалу».

Из Махачкалы Виктора забрал отец, ставший к тому времени командиром корпуса Войска Польского. «Он же был совершенно бешеный человек, и он поставил меня снайпером. Сначала дал мне дамский револьвер, чтобы я учился стрелять, и я начал сходу, с первого же раза, бить в десятку. Врожденный снайпер. Он созвал свой штаб, хвастаться. И я пулял. Мне достали легкую английскую винтовку, и я стал снайпером, и войну прошел не при штабе, а в окопах, с солдатами».

Среднюю школу Соснора окончил во Львове, где после войны жил его отец. Там же начал писать. В Ленинград, где жила его мать (родители были в разводе), уехал после окончания школы. Учился на философском факультете ЛГУ им. А. А. Жданова, но не доучился, ушел в армию. После службы в рядах СА работал слесарем-электромонтажником на Невском машиностроительном заводе, заочно учился на филфаке ЛГУ.

В 1958 году было опубликовано первое стихотворение Сосноры, а в 1962-м вышел сборник стихов «Январский ливень» с предисловием Николая Асеева.

Известность поэту принес написанный в начале 60-х цикл «Песни Бояна» (секс, насилие, черный юмор).

И даже девы бледные
уходят хохотуньями
от скоморохов,
охают
в пуховиках ночью,
ведь ночью очень плохо
девам-одиночкам.
Одним,
как ни старайся, 
тоска, морока...
И девы пробираются
к ско-
морохам.
Зубами девы лязгают
от стужи.
Ночи мглисты.
А скоморохи ласковы
и мускулисты,
и дозволяют вольности...

С тех пор Соснора считается какой-то отдельно стоящей фигурой на поэтическом поле. По словам Владимра Новикова, «Соснора находился в творчески-эстетическом антагонизме одновременно с советским литературным официозом, с андеграундом, с либеральной литературной средой и с западной русистикой. Свое одиночество он воспринимал не как некую аномалию, а как норму: "На львиных лапах зверь-аристократ / в кунсткамере покуда, не в аду", – так видел он себя в заветном стихотворении».

Феогнид русской поэзии.

Prosodia.ru — некоммерческий просветительский проект. Если вам нравится то, что мы делаем, поддержите нас пожертвованием. Все собранные средства идут на создание интересного и актуального контента о поэзии.

Поддержите нас

Читать по теме:

#Стихотворение дня #Главные фигуры
Уильям Блейк: любовь корыстна и жадна

28 ноября 1757 года в Лондоне родился Уильям Блейк, поэт-визионер, художник-гравер и философ в одном лице, автор «Песен Невинности и Опыта». Его день рождения Prosodia отмечает стихотворением «Ком Глины и Камень», где глубина противостояния Невинности и Опыта отразилась наиболее органично, сжато и емко.

#Стихотворение дня #Русский поэтический канон
Алексей Апухтин: всё васильки, васильки

27 ноября 1840 года по новому стилю родился Алексей Апухтин. Prosodia вспоминает поэта его стихотворением, часть которого в ХХ веке стала популярной дворовой песней.