Всеволод Некрасов: я не первый не последний

* * *

Что же делать
Нет чудес
Я не первый не последний
Не какой-нибудь а средний
Что же
Можно жить и без
Можно пить
И даже есть
И ходить
И даже сесть
Только очень трудно спать
Снег да крыши
Вот опять
Завивается вихор
И срывается во двор
Вот у неба дрогнул край
Где-то движется трамвай
А на кухне дремлет газ
С газом нужен глаз да глаз
Безо льда и подо льдом
Утром вечером и днем
И сейчас наверняка
Под мостом течет река
Рябь застыла как раскат
Милицейского свистка
Ночью очень трудно спать
Ночью надо бы искать
Ночью надо бы ловить
Кто полез на белый скат
Кто задумал удивить
Всех соседей
Поутру
Подбежать остановить
И сказать
Послушай друг
Ты не первый не последний
Ты такой как я ты средний
Значит можешь жить и без
Знаю - без не интерес
Только нынче подождем
Нынче речка подо льдом
Все устроится и днем
Пусть себе идет трамвай
И потом
Жить не можешь
Это врешь
Врешь
Сам собой
Ты не помрешь
Не помрешь
Сам собой ты не помрешь
А трамвай тут ни при чем

Чем это интересно

В 2007 году Всеволоду Некрасову вручили Премию Андрея Белого. «За бескомпромиссное обнаружение поэтической природы речи как таковой, за абсолютную индивидуальность и абсолютную естественность высказывания, за выдающийся вклад в создание новой поэтики, за полувековое творческое самостояние».

«Что же делать» относится к не столь уж часто встречающемуся у Некрасова виду речи – внутреннему монологу.

Стихотворение написано на рубеже 50-х-60-х годов прошлого века. Скорее всего, рассуждения на тему «не первый не последний, а средний» связаны с выбором жизненного пути. Надо же на что-то жить. Может быть, дети помогут заработать. Тем более, что в ранней молодости поэту случалось работать вожатым в пионерских лагерях.

Всеволод Некрасов вспоминал: «Где-то в конце 1950-х годов возникло, помимо «Детгиза», еще одно издательство детской книги — «Детский мир»: можно сказать, альтернативное, под руководством Юрия Павловича Тимофеева. Юрий Павлович Тимофеев был человек из прогрессивной среды, знакомый лично с поэтом Давидом Александровичем Самойловым, и понимал себя как Маршака. Был большой преобразователь, считал, что в детской литературе дела обстоят плохо, и потому что плохо было очень. Даром что еще жили Маршак и Чуковский. Что делал Маршак в свое время: молодых талантливых обэриутов приспособил удачно писать для детей. Кто у нас сейчас обэриуты? Юрий Павлович вызнал, вытащил таких, как обэриуты, играющих со словом. Давайте играть — дети любят игрушки; вот Холин, Сапгир, потом ему попался и я в этом качестве в Лианозове».

Автор утешает себя:

 Что же
Можно жить и без
Можно пить
И даже есть
И ходить
И даже сесть…

…

Жить не можешь
Это врешь
Врешь
Сам собой
Ты не помрешь
Не помрешь
Сам собой ты не помрешь

На всякий случай автор берет на заметку «детские» строки, вдруг пригодятся.

Вот у неба дрогнул край
Где-то движется трамвай
А на кухне дремлет газ
С газом нужен глаз да глаз
Безо льда и подо льдом
Утром вечером и днем
И сейчас наверняка
Под мостом течет река
Рябь застыла как раскат
Милицейского свистка

Позже Некрасов писал: «Хотелось — да и хочется — языка, по возможности свободного от советской литературности... всё хождение в детскую литературу около 60 года, чуть раньше-позже, вся волна детской литературы с 60-х по 90-е плюс те же мульты так или иначе связаны именно со стараниями по возможности освободиться от советской литературы внутри советской литературы».

Увы! У Некрасова вышла только одна «детская» книжка-ширма — «7 машин» (М.: Детский мир, 1962, тираж 150 тысяч экземпляров). Кстати, «Машины» никогда не перепечатывались.  

Легковой?
Легковой.
Грузовой?
И грузовой;
Не поймешь его никак,
Называется «пикап»:
Пи-кап.

Автору «Машины» не понравились. Но «на гонорар я жил с год, больше, по самому минимуму такому – прожиточному.. Но ширма вышла так себе. Сильно так себе. И больше я с такими делами постарался не связываться».

Друзьям Некрасов дарил книжку с такой дарственной надписью: «На книжку не сердись/Она не виноватая,/А виноватая/Вся наша жизня поломатая».

В 1965 году Генрих Сапгир составил для издательства «Молодая гвардия» сборник «Час поэзии», где был и сам Сапгир, и Холин, и стихотворение
Некрасова «Темнота».

В темноту
Опускается пыльца
Где-то там
Где-то тут
Где-то около лица
Над покрытой головой
И в канавах у шоссе
Дождевой
Деловой
И касающийся всех
Происходит разговор
Между небом
И землей
Между летом
И зимой

В 2008 году вышла вторая книга Некрасова, которую отчасти можно считать детской, она называется  «Детский случай». Последний прижизненный сборник стихов поэта. Стихи, по замыслу автора, могли читать и дети, и взрослые. «Случай» открывает стихотворение «Календарь (что на что кончается)».

И сентябрь
На брь
И октябрь
На брь
И ноябрь
Брь
И декабрь
Брь
А январь
На арь
А февраль
На аль
А март
На арт
Апрель
На эль
Май
На ай
Июнь
На юнь
Июль
На август
Август на сентябрь

«Календарь» входил в сборник «Стихи о всякой, любой погоде». В середине 1970-х Некрасов предложил сборник издательству «Детская литература». 

«Из 77 стихотворений в редакции «Детской литературы» было отобрано и представлено рецензентам 28 текстов. В 1977 году появилась отрицательная внутренняя рецензия Б. А. Бегака, писавшего о «бестактности» автора, не учитывающего «общепринятый переносный смысл слова ОКТЯБРЬ». Во многом из-за этого отзыва книга издана не была (или Бегаку заказали именно такой отзыв, который однозначно мотивировал бы отказ от издания)». Цитирую по статье "Детский случай»Всеволода Некрасова в памяти свидетеля» (авторы - Зыкова Галина, Пенская Елена).

В общем, детским поэтом Некрасов не стал. Признанным.