Слова и послесловия последнего времени

Prosodia представляет авторскую рубрику критика Анны Нуждиной «Поэтическая периодика». В первом выпуске – о стихах Леонида Юзефовича, посмертной подборке Алексея Цветкова и новых стихах Сергея Скуратовского.

Нуждина Анна

Слова и послесловия последнего времени

Леонид Юзефович нечасто предстает в роли поэта 

В этой рубрике я не преследую заведомо невыполнимой цели обозреть все поэтические подборки, публикующиеся в периодике. Лишь постараюсь подсветить некоторые, на мой взгляд, наиболее заслуживающие внимания публикации – и рассказать, чем они могут быть интересны читателю. Первый выпуск логично было бы начать с громких имён.

Повод для иного взгляда


В июньском «Знамени» вышла подборка стихотворений известного писателя Леонида Юзефовича, лауреата «Большой книги» и «Нацбеста», автора «Филэллина», «Зимней дороги», «Журавлей и карликов». В подборке «Выходит войско из ворот» всего два стихотворения, но и два ценны, потому что Юзефович публикует стихи нечасто. Это возможность взглянуть на творчество писателя под иным углом. 

Стихотворения из подборки лишены конкретной историчности, в отличие от романов Юзефовича, однако исторический процесс в них всё равно встраивается. Передана его глобальная суть, заключающаяся в сменямости поколений, преемственности, цикличности. На героев этих стихов, как и на действующих лиц истории, мы смотрим немного свысока, выстраивая перспективу и понимая, что не они первые и не они последние, далее будут ещё. Есть отдыхающий после работы человек, выходящее из ворот войско, плачущие на руках младенцы – все они безлики. 

Юзефович применяет свой фирменный, узнаваемый приём, выстраивая художественный текст как шахматную партию. Особенно это заметно в стихотворении «Спектакль», где основная метафора объединяет театральную сцену и историческую действительность:

И вы, пришедшие, в свой срок
узнаете, как пахнет сцена,
как вьётся гибельный дымок
в потоках лексики обсценной.

У нас у всех одна судьба —
от короля до маркитантки,
от проститутки до весталки,
от консула и до раба.

Ставим точку


17 июня «Культурная инициатива» опубликовала подборку стихов Алексея Цветкова «Не пропадать же чёрт возьми хорошему борщу». В упоминаниях она фигурирует как ранее не публиковавшаяся нигде, кроме социальных сетей автора. О недавно ушедшем поэте высказались многие: например, ещё один член легендарной группы «Московское время» поэт Сергей Гандлевский. Выходили подкасты (один из выпусков подкаста «Между строк»), публиковались и другие подборки (в «Волге»). Однако всё это содержит в себе больший или меньший элемент рефлексии, словесного проговаривания и подведения итогов творчества легендарного Цветкова. Публикация на «Культурной инициативе» какого-либо комментария лишена, то есть читателю самому предложено поставить точку в этой длинной и прерывистой творческой биографии. 

Фактически перед нами три стихотворения, последнее из которых даётся в русском и английском вариантах (автоперевод). Последние слова сказаны, и в них есть место горькой иронии, злой привычке, предчувствию беды, а главное – неизбежности совершающегося. Герой Цветкова по привычке потрошит дорогих существ, будь то морские свинки или женщины, не имея возможности повлиять на ход вещей («эту привычку уже не стряхнёшь»). Ещё страшнее неотвратимость хтонического борща, съесть красное варево нужно вне зависимости от обстоятельств:

мы ляжем вскорости костьми
но борщ не пропущу
не пропадать же чёрт возьми
хорошему борщу.

Эти стихи не дышат смертью явно. Зато – через «тлен и прах в конце маршрута», расчленение, кровавые луны – как нельзя лучше передают предчувствие надвигающейся катастрофы. 

Хорошо слышный голос 


 Чтобы не сосредотачиваться только на наиболее знаковых фигурах литпроцесса, упомяну одного молодого поэта. В 66 номере «Формаслова» (от 15 июня) вышла подборка стихов нижегородца Сергея Скуратовского «Золотарник, полынь, лебеда». Не снискавший ещё громкой славы, Скуратовский заявляет о себе самобытнее многих завсегдатаев «Знамени», «Нового мира» и «Дружбы народов». 

Самая объёмная из упомянутых сегодня подборок, она формирует представление об индивидуальной мифологии поэта. Скуратовский достаточно интертекстуален, но всё же основной источник его литературной игры – фольклорные и сказочные тексты. Начиная от поговорок и присловий (в огороде бузина, а в Киеве дядька) и заканчивая сказочными персонажами (Шалтай-Болтай, Золотая рыбка, Леший), поэт заимствует в свою сказку достаточно, чтобы она имела вид волшебной. 

Однако в неё внедряются и ковид, и Ленин, и крейсер «Аврора», а главное – отсутствует «правильный», «хороший» конец. Это как в настоящих фольклорных текстах: герой победил чудовище, а потом споткнулся, упал в яму и умер. Герой Скуратовского чудовищ не побеждает – то ли он вечный Иван Дурак, сбегающий из родительского дома как от самого себя, то ли властный Шалтай-Болтай, чьё владычество вот-вот покачнётся да и упадёт, прямо как в сказке Кэрролла. 

Объединяет все стихотворения подборки ощущение неустроенности, непостоянности положения их героев. Привычный ритм жизни не просто перестаёт быть привычным, а, как оказывается, никогда привычен и не был:

А в городе все спокойно — ковидная пастораль.
Летит тополиный пух, и дети его не жгут.
В башке у бывшего школьника щелкнет тугая спираль.
Соберется в школу, пойдет, а в школе его не ждут.


Prosodia.ru — некоммерческий просветительский проект. Если вам нравится то, что мы делаем, поддержите нас пожертвованием. Все собранные средства идут на создание интересного и актуального контента о поэзии.

Поддержите нас

Читать по теме:

#Главная #Лучшее #Главные стихи #Главные фигуры #Русский поэтический канон
Путь и миф Виктора Цоя в пяти главных песнях с комментариями

15 августа 1990 года в автокатастрофе погиб культовый рок-музыкант, самобытный поэт Виктор Цой, в чьём творчестве органически соединились русская душа и восточное мировоззрение. 

#Главная #Главные стихи #Главные фигуры #Русский поэтический канон
Гаврила Державин, последний поэт Просвещения: главные стихи с комментариями. Часть вторая

В лирике Державина сходятся государственная жизнь эпохи Просвещения во всём её парадном блеске и взгляд исторически-конкретного частного человека. Вторая часть ключевых стихотворений поэта и комментариев к ним охватывает период одически-сатирический и анакреонтику Державина.