Игры, в которые играют поэты

Для этого выпуска рубрики «Поэтическая периодика» отобраны подборки, стихи в которых объединены одним приёмом. Это или формирует поэтику пока ещё неизвестного автора, или освежает и актуализирует письмо уже признанного мэтра. В новом выпуске – о стихах Евгении Вежлян, Сухбата Афлатуни и выпускников литературной школы Band.

Нуждина Анна

Игры, в которые играют поэты

Детская игра со смертельным исходом


В 196 номере «Литерратуры» (июль) опубликована подборка Евгении Вежлян «Какие сны приснятся». Большинство текстов в ней по форме выглядят как считалочки, легкомысленные детские песенки со страшным содержанием. Повторение слов, простые бедные рифмы, простые же синтаксические и смысловые конструкции сочетаются с безысходностью, тревогой, тоской и близостью смерти. 

Форма и смысл исторически не сочетаемы, нарушаются первоначальные каноны детской считалки: она больше никого не веселит. Надо сказать, что Вежлян здесь не первооткрыватель, и приём этот крайне распространён как в поэзии, так и в музыке (в сонграйтинге скорее). Хоррор-традиция уже сделала архетипом детскую игру со смертельным исходом, но здесь физическая смерть и хтоническая природа детских текстов – не главное. 

В подборке Вежлян на первый план выходит взаимодействие с памятью, в последнее время не раз обыгранное в поэзии. Новизна в том, что «песенка про смерть» превращается в песенку про смерть времени, и уже нетрудно сказать, кто в ней людоед и времяед. Память становится главным героем считалочки, диктует жестокие правила:

Так сжимается пространство
Что совсем не убежать…
Ни убавить ни прибавить
Только память только память
Говорит тебе водить
Говорит куда ходить

Абсолютное зло (в тексте подобной упрощённой формы оно всегда будет абсолютным) «будет резать, будет бить, всё равно тебе водить». Ужас неизбежен. 

Лирическая баллада Афлатуни


В 67 номере «Формаслова» опубликованы «Новые баллады» Сухбата Афлатуни. Название соответствует жанру: все четыре стихотворения подборки названы балладами. Это привлекает внимание читателя, потому что романтический жанр баллада (как и жанровая поэзия в принципе) сейчас не распространён. 

Однако стихи на канонические баллады похожи мало: в них нет привычной нам по классическим образцам сюжетности, троекратного повторения мотивов или реплик. А вот что есть, так это конфликт героя и судьбы, двоемирие (параллельное развитие образа в двух плоскостях) и «романтический дух». Здесь и любовь, не предполагающая счастливого конца, и неудобное прошлое, и, наконец, прямой диалог с Богом:

мое сердце — гроздь винограда
качающаяся на ветру
не трогай его — рано
не надо
еще не поспела

стоит середина лета
горит сердцевина тела
колеблется
от ветра
сорт изабелла...

приди Виноградарь светлый
сердце созрело мое
сорта изабелла
в теле осеннем моем

Эти стихи соответствуют жанру баллады, а не просто подобным образом называются. Близость лирического героя к природе и концентрация на ней, его чувствительность, его уязвимость и открытость страданию и стыду создают в «Новых балладах» хрупкое ощущение, открытое европейской культурой только в эпоху романтизма.

Начинающие поэты в мешке


5 июля на «Полутонах» вышла «Подборка курса литературной школы Band». Редакторы курса Геннадий Каневский и Леонид Костюков выбрали двадцать стихотворений одиннадцати поэтов. У школы «Band» только один поэтический курс (сразу и по поэзии, и по сонграйтингу), зато преподавательский состав у него звёздный: Вера Павлова, Дмитрий Веденяпин, Андрей Родионов, Андрей Черкасов, Катя Капович, Лев Оборин. Тем интереснее заметить, что среди учеников в основном действительно начинающие поэты. На то и кот в мешке, что из одиннадцати имён в подборке мне не были известны десять. 

Стоит заметить, что стилистических или тематических предпочтений у редакторов не было: в подборке представлены и минималистичные стихи, и длинные циклы; и монолог беженки, и воспоминания о детстве, и даже стихи про оборотней (не «в погонах», а вполне традиционных фэнтезийных). Поэтому здесь едва ли не каждый найдёт для себя хотя бы одно-два новых имени, сделает несколько неожиданных открытий. 

Моими открытиями стали стихи Игоря Истомина и Ксении Боровик. И те, и другие прорывают ткань реальности. Но если у Боровик это происходит за счёт постмодернистского нарушение законов и хода истории, то у Истомина – за счёт «ритуалов», выводящих быт за собственные границы:

за папу ложечку, за маму О.
съесть сахарное облако
не замечать гнусавый перевод
нарисовать лошадку и пирог

через ----------------- перелететь
за полсекунды на полжизни повзрослеть

Граждане шамане, расступитесь - это очень сильное колдовство. 

Prosodia.ru — некоммерческий просветительский проект. Если вам нравится то, что мы делаем, поддержите нас пожертвованием. Все собранные средства идут на создание интересного и актуального контента о поэзии.

Поддержите нас

Читать по теме:

#Современная поэзия #Новые книги
В издательстве «Водолей» вышла новая книга Елены Тахо-Годи «Из чёрной тьмы небытия...»

В книгу вошли стихотворения, рассказы и повести, ориентирующиеся на традиции русской классической литературы