Игорь Куницын. И музыка полна вселенной

Чем это интересно

«Поэту не в кайф без героя», – утверждал Борис Рыжий. Однако у Игоря Куницына другая позиция, возможно, более смелая. Этот автор оголен и ищет смысл существования, не пытаясь прикрыться маской лирического героя. Его поиски порой выглядят наивно, но это осознанная наивность и прямота. Куницын – поэт, который обращается прямо к символическому миру, в котором ангелы, музыка и простор вселенной, к миру, из которого не хочется просыпаться. Именно это прямое минование прозы – впрочем, всегда говорящей свое слово в мире стихотворения, – выглядит одновременно наивно, трогательно и убедительно.

Справка об авторе

Игорь Николаевич Куницын родился в 1976 г. в городе Печоре. Окончил Архангельскую государственную медицинскую академию, учился в Литературном институте им. Горького. Стихи публиковались в журналах «Дружба народов», «День и ночь», «Новая Юность», «Интерпоэзия», «Крещатик», «Сибирские огни», «Дружба народов» и др. Лауреат конкурса имени Сергея Есенина, финалист «Илья-премии» и др. Автор книг стихотворений «Некалендарная зима», «Портсигар», «Макадам», «Рыба-сон». Живёт в городе Домодедово.


***
Что же, время, ты мечешься так –
то идёшь, то бежишь, то летишь,
то стоишь, и кругом ни тик-так,
лишь дрожит одинокий камыш.

Я всё думаю, кто его там
заставляет трястись под водой,
то ли сом, то ли карп, то ли сам
водяной зацепил бородой.

Что за тень проскользила по дну?
Громкий всплеск, и на берег волна.
И смотрящий подумал: «Да, ну…» –
уходя, и промолвил: «Ну, на…».

На кувшинках дремавший туман
помахал ему вслед и пополз
по земле, словно полночь кальян
раскурила, прогретый от звёзд.

***
Одновременно в небе и луна,
и солнце, и луна одновременно,
и музыкой вселенная полна,
и музыка полна вселенной.

Явление не редкое у нас
довольно, и не только астрономы,
но и поэты, не жалея глаз,
глядят на небо, музыкой ведомы

подъездных форточек и лестничных шагов,
перил, ступеней и замочных скважин,
протёртыми локтями пиджаков
стирая мел со стен многоэтажек,

с блуждающей улыбкой на устах
идут во двор и, трогая устами
застывшие деревья, шепчут: «Ах,
прекрасен мир, велик его Создатель».

И спрашивают, кто его создал
со всей кромешной мишурой вселенной
и спрятал микросхемы, провода
и кабели, горячие как вены.

***
Утро – это вечер ночи,
утро – это детство дня,
утро – это свет молочный,
проникающий в меня.

Утром я листаю память,
как заезженный смартфон,
порчу зрение годами,
длинными, как Тихий дон.

Утро – это занавеска
на распахнутом окне.
По утрам встаёт на место
всё забытое во сне.

Утром ждут меня на кухне
спитый чай и липкий пульт.
Вглядываюсь близоруко
в свой замыленный уют.

***
Не приходят строки, не родятся звуки,
ангелы скучают, чинят телевизор,
чистят свои перья, гладят свои брюки
и не сверху смотрят, а взирают снизу.

Доедают сёмгу, допивают виски
ангелы дневные, ангелы ночные,
ангелы земные, Господи, спаси их,
около музея пойманных с поличным.

Что они украли? Что они сломали?
Ангелы, которым нечего делить
в мире полном грусти, боли и печали
и любви, конечно, как же не любить.

***
Ты не Платон, не философствуй.
И не Кассандра, не пророчь.
Поговори со мною просто,
незасыпающая ночь.

О том, о сём, о чём не жалко,
поговори о том, о сём.
Переведи меня, как Сталкер,
через ручей из яви в сон.

Через ручей, через таможню,
тысячеглазый проводник,
переведи меня, как должно,
на человеческий язык.

Уже сегодня, а не завтра,
как доведётся, вброд ли, вплавь,
из сна верни меня обратно
в неисчезающую явь.