Майка Луневская. Спокойный способ жить свою беду

Чем это интересно

 

За стихами Майки Луневской, чем дальше, тем больше просматривается то, что больше отдельных поэтических удач, - свой художественный мир с его особенной, разрастающейся драматургией. Это разреженное, местами гармоничное, но жесткое пространство русской окраины, а посреди него человек, свобода которого и все, что приходит за нею, – его главное испытание. Свободный человек не вполне принадлежит себе, а потому ему бывает очень больно – так можно было бы изложить драматический парадокс этого художественного мира. Но при этом в этой поэзии есть зрелость приятия своего собственного выбора, каким бы болезненным он ни был. Стихи получаются совсем не идиллическими – существование предстает как тревожное, экзистенциально напряженное падение, в котором «мы держимся за тех, кто не удержит нас».

 

Справка об авторе

 

Майка Лунёвская (творческий псевдоним Ольги Жмылёвой) родилась в 1988 году в Тамбове, но уже в три года переехала в областное село Первая Березовка. Окончила Тамбовский государственный технический университет по специальности «юриспруденция». Работала помощником аудитора, оператором аттракционов, бухгалтером. Поступила в Воронежскую государственную академию искусств на театральный факультет, но не проучившись и года, ушла из академии. Работала артисткой в детском гастролирующем театре, юристом. Сейчас занимается сельским хозяйством. Публиковалась в журналах Prosodia, «Знамя», «Юность», «Наш современник», «Эмигрантская лира» и др. Выпустила музыкальные альбомы «Сад», «Пустота» и несколько EP. Увлекается графикой. Выпустила книгу стихов «Недостаточно памяти» (2024). Финалистка премии «Лицей» в 2024 году. Стипендиатка Фонда СЭИП по результатам Форума молодых писателей (2021, 2022, 2023). Живёт в селе 1-я Берёзовка, Тамбовская область.

 

 

***

 

увидевший вблизи задевший за живое

бегущий от всего но прежде от себя

какое ты внутри железо листовое

какой другой прилежная семья

 

я видела твой сон он был похож на смуту

а я в своём плыла спокойно и назло

но главное потом я видела нас утром

и облако и как оно росло

 

как в зеркале в окне ещё стояли двое

обидеть и обнять обидеть и обнять

что дерево кричит не видно за листвою

откуда знаю? как могу не знать?

 

 

***

 

Герой стоит на балконе и смотрит в ближайшую тьму.

Осень как на ладони, и оттуда грозит ему

перспективой его размазать, разбить головой о твердь.

Что в предпоследней фразе тебе непонятно, смерть?

 

Медленный ветер дышит листьям на хлорофилл,

хочет подняться выше, только этаж забыл.

Даже каштаны в дыме лезут из кожуры,

у облаков над ними лица искажены.

 

Это гораздо лучше, так и впиши в тетрадь:

«Скоро я всё разрушу, чтобы не потерять».

Речь о плохой погоде, взгляд у неё тяжел.

Герой стоит на свободе, забывает, зачем пришёл.

 

 

***

 

не поймут друг друга двое

недосказанность не флирт

а любовь это другое

кто из них заговорит

кто из них назначит встречу

кто навстречу не пойдёт

у кого свободный вечер

и глинтвейн в бокале ждёт

я к тебе приеду завтра

всё не то и я не та

тошнота была у сартра

у меня не тошнота

если ад это другие

я давно попала в ад

где глаза твои пьянея

на меня в ночи глядят

 

 

***

 

Огромный богомол без головы

на вытянутых прямо четырёх

железным насекомым надо всем –

над белым псом, не зная о котором,

теперь стоит по левой полосе.

И день, как белый пёс, бежит за светофором.

 

Спокойный способ жить свою беду.

Кто был тобой, того уже не видно,

а ты идёшь, ты всё ещё иду,

расстёгиваешь куртку на ходу

и держишь взгляд, как за руку, невинный.

 

Продлись ещё и схлопнется ноябрь.

Начни на «я»,

а кончится, продолжишь.

Где свет не достаёт до фонаря

(наоборот, точнее говоря)

и скорая опаздывает помощь.

 

Огромные железные шаги,

но быстрые до ржавчины снаружи,

ландшафт, опустошённый за долги,

подсказывают каждому: «Беги»,

но никому подсказывать не нужно.

 

 

***

 

Вчера я умирала и вот я умерла.

Вы не нашли бокалы? Давайте из горла.

Кто был настолько близок, что лучше вам не знать.

Когда остался призрак, кого же убивать?

Убьём, пожалуй, время на то, чтоб быть вдвоём.

Мы счастливы не с теми, а с этими мы пьём.

Мы отмечаем с блеском пустые наши дни.

Себя оставить не с кем и мы сидим одни.

Какой порог? Отвечу. Высокий болевой.

Какой хороший вечер, а человек плохой.

Кто был настолько дорог, что обесценен весь,

что лучше мрак и морок, чем оставаться здесь.

Валите же, валите, как будто вы снежок.

Вот призрак, похвалите, он написал стишок.

 

 

***

 

бывает очень одиноко

в толпе на празднике чужом

давайте выпрыгнем из окон

давайте стены подожжём

давайте градусник расколем

вдохнём растёкшуюся ртуть

скандал какой-нибудь устроим

давайте делать что-нибудь

пока внутри темно и тошно

(сейчас, душа моя, сейчас)

вопить нельзя но выпить можно

за жизнь за ненависть за нас

 

 

***

 

Хотелось спрятаться, но так, чтобы нашли,
увидели, из снега откопали,
достали из воды, из-под земли,
но чтобы обязательно достали.

Вот человек, который ищет лес,
он сам себя находит и бросает,
он может быть давно уже исчез,
но это ничему не помогает.

Мы спрятались за деревом в саду,
мы спрятались за шелестом, за птицей.
Ты видишь снег, а это я иду.
Ты видишь нас, а это снег ложится.
В каком-нибудь семнадцатом году
(нам надо было там остановиться).

 

 

***

 

я знаю что это не те слова

но других у меня нет

я сомневаюсь почти во всём

точнее сказать в себе

и я боюсь что меня не поймут

или поймут не так

но больше всего я боюсь что меня

узнают со всех сторон

 

 

***

 

Бессмысленные дни осеннего распада,

и нет меня, пока никто не видит, где

я медленно живу по направленью сада

и слышу всякий звук на выпавшей воде.

 

Затянутое сплошь не тучами, а течью,

и тянутся, привстав на выгнутых корнях.

Но ежедневный жест не приближает вечер.

Деревья держат птиц, у воздуха отняв.

 

Дневные сны пусты и ускоряют время.

Что понял человек, схватившийся за речь?

Что нечего сказать, что говорит не с теми,

что он пришёл сюда заречься и залечь.

 

И лузера узнав, зависшего над лужей,

так чувствует себя последняя листва,

как этот человек, но менее ненужной,

как человек другой, лишённый торжества.

 

И ожидая свет, хотя подсолнух высох,

хотя бы он совсем над осенью погас,

мы падаем насквозь и застреваем в мыслях,

и держимся за тех, кто не удержит нас.

 

 

***

 

Одета осенью по-летнему

и ни в кого не влюблена,

мне хорошо, но не поэтому.

У платья смелая длина.

Иду одна, пешком по улице,

за провод музыку держу.

А что ищу я, то не гуглится,

но нахожу.