Цитата на случай: "Мой Телемак, Троянская война / окончена. Кто победил - не помню". И.А. Бродский

Дюжина голосов с архипелага: очерк о современной британской поэзии

Эта статья – итог проекта, посвящённого современной поэзии Великобритании, для которого было отобрано двенадцать поэтов с очень разными практиками письма. Если попытаться сформулировать нечто общее для них, то, наверное, это будет поэтика поиска идентичности и реконструкции исторической памяти частным человеком.

Безносов Денис

Дюжина голосов с архипелага: очерк о современной британской поэзии

Современная британская поэзия разнородна и опирается на множество индивидуальных поэтик. Чтобы наглядно продемонстрировать её диапазон, в рамках проекта, поддержанного посольством Великобритании в Москве, были отобраны произведения двенадцати поэтов из Великобритании и Северной Ирландии, принадлежащих к разным поколениям, проживающих в различных уголках архипелага и представляющих наиболее интересные практики поэтического письма. Вот эти поэты: англичане Шон О’Брайен, Лиз Берри, Лавиния Гринлоу, Саша Дагдейл, шотландцы Джон Бёрнсайд и Дж. О. Морган, ирландцы Майкл Лонгли, Шинейд Моррисси, Пол Малдун, Фрэнк Ормсби, британо-тринидадский поэт Роджер Робинсон и пакистано-британская поэтесса Мониза Алви. Каждый из выбранных авторов воплощает оригинальную поэтику, тесно связанную со своей культурной идентичностью, и в той или иной степени разрабатывает некоторые объединяющие сюжеты, свойственные британской поэзии в целом на её нынешнем этапе.

Британский совет

Проект реализуется в рамках программы UK-Russia Creative Bridge 2020–2021, организованной Отделом культуры и образования Посольства Великобритании в Москве при поддержке Министерства иностранных дел и международного развития.


От поэтических групп к индивидуальным поэтикам


Современные британские поэты неплохо – хоть и несколько отрывочно – известны русскоязычному читателю. Литературные журналы периодически печатают переводные тексты, изредка выходят тематические антологии, ещё реже – отдельные авторские издания. Однако материал обширен и разнообразен, а потому нуждается в новых переводах, позволяющих более полно представить поэтический ландшафт Великобритании и формирующие его индивидуальные поэтики.


Многообразие британской поэзии продиктовано прежде всего географической спецификой Соединённого Королевства. На территории небольшого архипелага присутствует сразу несколько культурно-языковых традиций: с одной стороны, Великобритания и Северная Ирландия, с другой – геополитическое сегментирование самого британского острова, с третьей – деление на небольшие территории, обладающие своей историей, диалектом, мифологией. Кроме того, присутствует целый пласт так называемой постколониальной культуры, представленной выходцами или потомками выходцев из бывших британских колоний – от Индии до Карибского бассейна. Помимо географического аспекта, разумеется, обширны литературные генеалогии каждой конкретной поэтики, принадлежность к определённому литературному контексту, поколению и прочие магистральные процессы, характерные для любой национальной литературы.


Хотя рассказать о развитии британской поэзии на её новейшем этапе в пределах нескольких абзацев довольно непросто, тем не менее говорить о современной поэзии без исторического контекста едва ли представляется возможным.


Послевоенная или новейшая британская поэзия опирается на опыт модернизма (Т.С. Элиот, С. Спендер, У.Х. Оден и проч.) Наиболее заметные фигуры поэтического ландшафта 1950-х – 1960-х тоже в существенной степени развивают модернистские традиции. Филип Ларкин и поэтическое объединение The Movement представляют собой консервативно-модернистский подход, Тед Хьюз (ранний и зрелый) и поэты его круга – более радикальный, тяготеющий отчасти к экспрессионизму и мифописьму, Шеймас Хини возрождает, развивает и актуализирует традиции ирландской поэзии.


Примерно в это же время в Ирландии возникает Белфастская группа (наследница лондонской The Group, к которой недолго примыкал Хьюз), объединяющая целую плеяду авторов: это Киаран Карсон, Майкл Лонгли, Пол Малдун, Джеймс Симмонс, Филип Хобсбаум.


тед хьюз.jpg

Тед Хьюз


Позднее, в конце 60-х и в 70-е, собирается группа «Возрождение британской поэзии» (British poetry revival), представляющая собой своего рода радикальный ответ консервативной поэтике The Movement. Входящие в неё Боб Коббинг, Рой Фишер, Питер Финч, Ли Харвуд и другие опираются на опыт американцев (в частности, Эзры Паунда, Уильяма Карлоса Уильямса, Чарлза Олсона и битников). Параллельно пишут поэты Марсианской группы (Крейг Рейн и Кристофер Рид), повествующие о современных им реалиях с точки зрения пришельца-марсианина.


В следующие десятилетия ХХ столетия продолжается расцвет североирландской поэзии (Пол Малдун, Майкл Лонгли, Фрэнк Ормсби, Стюарт Паркер). Вне групп активно работает множество ярких авторов: Р. С. Томас, Дон Патерсон, Джон Агард, Дэвид Харсент, Кэрол Энн Даффи, Саймон Армитидж, Джо Шапкотт, Эндрю Моушн.


Эти и некоторые другие имена особенно важны для поэзии 80-х – 90-х. В дальнейшем происходит смена поколений, поэтический ландшафт становится разнообразнее: множатся индивидуальные поэтики, переосмысляются различные пласты литературы (от англосаксонских эпосов и античности до дневниковых записок исторических персонажей и маргинальных устных форм вроде карибского даб-поэтри), прорабатываются и синтезируются формы (на уровне отдельного текста или целой поэтической книги) и проч. Другая заметная черта современной поэзии – её политизация, преобразование поэтического высказывания в политическое.



Индустрия поэзии в Великобритании и её эволюция


Едва ли можно говорить о маргинализации современной поэзии в нынешней Великобритании и её постепенном вытеснении за пределы издательских интересов. Изданием поэзии здесь занимаются многие крупные издательства. Так, при больших издательских домах, вроде «Пингвина», «Пикадора» или «Макмиллана», работают импринты, специализирующиеся на издании современной поэзии, в «Фабере» многие годы выходит знаменитая поэтическая серия. Существует также пласт малых независимых издательств (Carcanet Press, Bloodaxe Books и др.), выпускающих исключительно современную поэзию.


Впрочем, и об участии поэзии в рыночных процессах говорить не приходится. Разве что в книжный рынок включена пара-другая популярных имён, несколько поэтов, пишущих романы, и выбираемые на каждую декаду поэты-лауреаты, как Кэрол Энн Даффи (прошлый лауреат) и Саймон Армитидж (нынешний).


Премиальный процесс тоже весьма многообразен, но основных и наиболее авторитетных премий в области современной поэзии две: Премия Т.С. Элиота (вручается за поэтическую книгу) и Forward Prize (вручается в трех номинациях: за поэтическую книгу, за дебют и за лучшее стихотворение). За всю историю этих премий только три поэта получили обе за одну и ту же книгу: Тед Хьюз («Письма ко дню рождения», 1998), Шон О’Брайен («Утонувшая книга», 2007) и Джон Бёрнсайд («Кость чёрной кошки», 2011).


Шон.jpg

Шон О’Брайен


Какими бы спорными ни казались литературные процессы и всевозможные объединения ХХ века, наработки предшественников, разумеется, важны для авторов, пишущих сейчас. Современные британцы преимущественно работают с опытом модернизма, балансируя между его консервативным и радикальным полюсами (то есть, условно говоря, между Ларкином и Хьюзом). В целом, поле современной поэзии раздроблено на множество индивидуальных голосов, поэтому выделить магистральные течения представляется проблематичным. Однако можно сделать определённые обобщения, исходя из формы говорения (стирание дистанции между лирическим субъектом и автором) и некоторых универсальных – или стремящихся к универсализации – сюжетов и тематик.



Обретение идентичности как особый путь


Современная британская поэзия, что неудивительно при её культурно-историческом разнообразии, тесно связана с проблемой обретения идентичности. Прежде всего это касается ирландцев и выходцев из бывших колоний. Через реконструкцию историко-культурного контекста по крупицам воссоздаётся среда, внутри которой сформировался тот или иной автор, либо расставляются отсылки к родной культуре (даже если связь с ней опосредована).


шеймас хини.jpg

Шеймас Хини


Так, вслед за своим учителем Шеймасом Хини, Пол Малдун, опираясь на факты из британо-ирландской истории (а учитывая своё дальнейшее перемещение, и американской), пересказывает сюжеты из прошлого, ссылается на бесконечное количество всевозможных сведений, терминов, реальных и вымышленных персонажей, стремясь запечатлеть одновременное сосуществование всего этого материала наряду с повседневными наблюдениями1.


Чрезвычайно существенен местный материал и для другого ирландца – Майкла Лонгли. В центре его поэтического мира – небольшое ирландское поселение Карригскиуон, где он прожил существенную часть своей жизни. Местная природа смешивается в поэтическом мире Лонгли с античностью и мифологией, стирая границы времени и пространства. Посредством пейзажей и локальных сюжетов его лирический герой суммирует свидетельства о себе и структурирует свой частный опыт, переосмысляя таким образом всеобщую большую историю.


Обретение идентичности крайне важно и для Лиз Берри, родившейся и выросшей в местности Блэк Кантри – британской провинции, где говорят на особом диалекте. Берри использует элементы местных наречий, населяет свои стихи полувымышленными жителями Блэк Кантри и соответствующей топонимикой, рассказывает чужие истории и вместе с ними свою, неотделимую от общей. Образный строй её самой значительной книги «Блэк Кантри»2 построен на противопоставлении искусственно-промышленного пейзажа натурально-природному, бирмингемского урбанизма и близлежащих шахтерских деревень – умиротворению и исконности заповедных территорий Королькового гнезда.


Особое значение проблема идентичности обретает в творчестве поэтов, чья генеалогия уходит корнями в постколониальные пространства3. Пакистано-британская поэтесса Мониза Алви, родившаяся в Лахоре, уехала в Великобританию с родителями вскоре после рождения, однако пакистанская культура занимает одно из ключевых мест в её поэтическом мироощущении. Пакистану и разделу Британской Индии посвящена поэма Алви «Во времена раздела»4, где прямолинейно и весьма реалистично проговаривается история путешествия бабушки Алви из Индии в новорожденный Пакистан в 1947 году. Кроме того, с пакистанскими сюжетами связаны её повествования о детстве: фиксируя сведения, полученные от родных, и навеянные ими собственные ассоциации, Алви нащупывает свою культурную идентичность.


Похожим образом поэтика Роджера Робинсона, недавнего лауреата Премии Т.С. Элиота и выходца из Тринидада и Тобаго, опирается на карибской историко-культурный контекст. В произведениях Робинсон использует универсальную метафору «карманного рая»5 – безопасного уютного пространства, внутри которого хранятся его детские воспоминания.



Реконструкция памяти и слияние контекстов


Основными сюжетами многих современных поэтик становится взаимопрорастание историко-культурных корней, реконструкция памяти, слияние прошлого и настоящего, равно как и слияние различных (порой достаточно далёких друг от друга) контекстов.


У шотландского поэта Джона Бёрнсайда подобное соединение происходит в некоей отправной точке, целостном образе, в «пучке», из которого, по Мандельштаму, «смысл торчит в разные стороны». Исследуя объект или комплекс объектов, составленных в единый пейзаж, интерьер, живописное полотно, Бёрнсайд движется вокруг, рассматривает мельчайшие детали, фиксирует элементы реальности и записывает проступающее сквозь реальность дополнительное содержание, свободно перемещаясь между прошлым и настоящим.


робинсон_1.jpg

Роджер Робинсон


Другой шотландец, Дж. О. Морган, специализирующийся на объёмных конструкциях-книгах, среди прочего пишет книгу «При Молдоне»6 на материале англосаксонской поэмы о сражении 911-го года, переосмысляя текст древнего эпоса и опрокидывая его содержание в нынешнюю реальность. Синтезируя различные лексические уровни, обращаясь в пределах одного текста и к архаике, и к современной речи, Морган сшивает универсальное полотно, как бы существующее вне времени. Сквозной сюжет другой (более фрагментированной) книги Моргана «Интерференционная фигура»7 – полифоническая рефлексия об измерениях времени-пространства и воссоединении мира из разрозненных элементов.


Ирландец Фрэнк Ормсби также сосредоточен на проблеме слияния прошлого с настоящим. Он собирает собственную память, делает её камерные зарисовки и в результате фиксирует воспоминания из детства и избранные наблюдения окружающего мира. Посредством герметичных лирических монологов он изучает безлюдные пространства, перебирает предметы и реконструирует утраченное.


Ормсби.jpg

Фрэнк Ормсби


Проблема памяти и размывание грани между «тогда» и «сейчас» особенно важны для поэтики североирландской поэтессы Шинейд Моррисси. Описывая осязаемый мир настоящего, насыщенный деталями и узнаваемыми реалиями, она накладывает на него элементы универсального свидетельства о человечестве, посредством художественного текста воссоздавая на фундаменте нынешнего мира его память о прошлом. Местом слияния слоев времени становится фотография как наиболее достоверный свод информации, слепок, содержащий сведения о том, что было прежде. О преломлении памяти, фотосвидетельствах, визуальном искажении и эластичности времени Моррисси размышляет в одной из своих главных поэтических книг «Параллакс»8.



Телесность и насилие


Важной частью сюжетики в современной британской поэзии становится исследование проблемы телесности и насилия над человеком. В частности, английская поэтесса Саша Дагдейл уделяет много внимания этой проблематике в книге «Деформации»9, первая часть которой опирается на дневники скульптора Эрика Гилла, насиловавшего сестёр и дочерей (прямая речь смешивается с авторской). Мониза Алви рассуждает о насилии в книге «Европа»10, в основе которой лежит античный миф о похищении Европы. В характерной сюрреалистической манере Алви также пишет о телесном насилии во многих стихах (из этой и других книг), написанных в том числе по мотивам живописных полотен Табиты Веверс и Доротеи Таннинг. У Лиз Берри присутствует тема родов как насилия над женским телом в книге «Республика материнства»11.


алви.jpg

Мониза Алви


Телесность в различных проявлениях исследуется в книге английской поэтессы Лавинии Гринлоу «Совершенное повседневное»12. Размышление о телесном, растворенное в духовно-метафизическом, становится неотделимым от прочих ощущений, содержащихся в конкретном настоящем моменте. Информация о переживании передаётся посредством раздробленной, фрагментированной речи – скажем, в стихотворении «Актеон» античный миф преобразовывается в серию телесных ассоциаций, где вместо персонажей действуют тактильные ощущения.


Проблема телесного насилия часто тесно связана с воздействием политики на конкретную личность либо на определённые сообщества. В тех же «Деформациях» Саши Дагдейл опосредованно рассматривается вмешательство внешнего политического в жизнь человека, в том числе через реконструирование античной сюжетики и смену акцентов (скажем, преобразование Одиссея в военного диктатора) либо через цветовые ассоциации (стихотворение «Пигмент»). Как нечто инородное, вмешивающееся и против воли влияющее на повседневность, политика также присутствует в пакистанских стихах Монизы Алви.


Слияние личного и политического и проблема дискриминации лежат в основе всего творчества Роджера Робинсона и становятся ключевыми в его последней поэтической книге «Карманный рай», опирающейся на целый ряд актуальных исторических событий: от пожара в Башне Гренфелл, в котором в результате некорректных эвакуационных работ погиб 71 человек (преимущественно из стран Африки и Ближнего Востока)13 до Уиндрашского скандала. Для Робинсона частный опыт метонимически отражает переживания всей локальной общности и затем всего разобщённого человечества.



На дистанции от себя и реального мира


Всё чаще поэзия стремится дистанцироваться от частного сюжета, пытается выбраться за пределы личностного, даже отстраниться от него. В программном эссе «Традиция и индивидуальный талант» Т.С. Элиот писал, что поэзия «is not the expression of personality but an escape from personality». То есть не сугубое выражение частного опыта, но побег от личностного. Это дистанцирование от себя, отстранение от своего человеческого, слишком человеческого актуально для многих современных поэтов, чьё лирическое «Я» не вполне совпадает с авторским. Часто лирический субъект намеренно отделён от автора, предстаёт вымышленным персонажем, иногда обладающим разве что несколькими общими чертами с самим поэтом.


Саша Дагдейл.jpg

Саша Дагдейл


Такое отмежевание от личностного в пользу художественного важно для Саши Дагдейл. Её собственный голос временами звучит в толпе вымышленных персонажей. Подобный подход также характерен для Дж. О. Моргана, каждая книга которого представляет собой целостное произведение, населённое множеством различных голосов-персонажей. Мониза Алви использует поэтику сюрреализма, противопоставляя сновидческий опыт рациональному. Майкл Лонгли и Пол Малдун по-разному работают с мифологическим и историко-культурным материалом, вживляя элементы мифа в повседневность, либо наоборот – подвергая реальность переосмыслению через мифопоэтическую трактовку.


В стихах британского поэта Шона О’Брайена для выстраивания подобных дистанций зачастую возводится два параллельных плана: реальный или приближенный к реальному и искажённый, скрытый под зримыми в быту объектами. Обыденное у О’Брайена постепенно обретает черты гротеска, абсурдистского действа, эклектичного мифа, кукольного спектакля, ночного кошмара. При поверхностном прочтении эти сочинения кажутся вполне привычными, предсказуемыми потоками рассуждений, пейзажно-урбанистической лирикой, но при более детальном изучении становится ясно, что реальное на самом деле отражено и видоизменено в кривом зеркале.


В процессе совмещении двух планов лирический герой О’Брайена отстраняется и от наблюдаемой картины, и от собственного «я», будто глядя на себя со стороны, фиксируя своё искажённое отражение и подвергая некоторому сомнению окружающий мир. На совмещении реального и искажённого (вымышленного) планов построено одно из самых известных произведений О’Брайена «Утонувшая книга»14, вдохновлённое «Адом» Данте15 и целиком сконструированное вокруг концепта некоей водяной преисподней – изнанки обыденно-рационального мира.


Моррисси 2.jpg

Шинейд Моррисси


Таковы лишь некоторые особенности нескольких избранных поэтик современного британского ландшафта. Разумеется, индивидуальных практик значительно больше, все они так или иначе взаимосвязаны, все опираются на опыт предыдущих поколений, ре- и деконструируют их наработки, переосмысляют модернистские парадигмы, используя различные техники поэтического письма. И, разумеется, любая выборка едва ли может претендовать на объективность.


Подборки ключевых текстов всех названных поэтов постепенно выкладываются на сайте prosodia.ru в сопровождении очерков о поэтах и их поэтике. В бумажной версии номера мы публикуем избранные стихотворения пяти поэтов: Саши Дагдейл, Шинейд Моррисси, Фрэнка Ормсби, Монизы Алви и Роджера Робинсона.



1 Один из ярких примеров подхода П. Малдуна – его объемная эпитафия на смерть Ш. Хини «Куберт и выдры» из книги «Тысяча вещей, которые стоит знать» (One Thousand Things Worth Knowing. Farrar, Straus and Giroux, 2016).

2 Berry L. Black Country. Chatto & Windus, 2014.

3 Исследование этой проблемы лежит в основе книги последнего на данный момент лауреата Премии Т.С. Элиота Бхану Капил «Как вымыть сердце» (Kapil B. How to Wash a Heart. Pavilion Poetry LUP, 2020).

4 Alvi M. At the Time of Partition. Bloodaxe Books, 2013.

5 См. книгу Р. Робинсона «Карманный рай» (A Portable Paradise. Peepal Tree Press, 2019).

6 Morgan J. O. At Maldon. CB Editions, 2013.

7 Morgan J. O. Interference Pattern. Cape Poetry, 2016.

8 Morrissey S. Parallax. Carcanet Press, 2013.

9 Dugdale S. Deformations. Carcanet Press, 2020.

10 Alvi M. Europa. Bloodaxe Books, 2008.

11 Berry L. The Republic of Motherhood. Chatto & Windus, 2018.

12 Greenlaw L. The Casual Perfect. Faber & Faber, 2011.

13 На это событие откликнулись многие британские поэты: см., в частности, стихи Бена Окри (Grenfell Tower. Financial Times, June 23, 2017). См. также книгу Джей Бернард «Вспышка пламени» (Surge. Chatto & Windus, 2019), написанную на материале этого события, а также пожара в Нью-Кросс в 1981 г.

14 O’Brien S. The Drowned Book. Picador, 2007.

15 См. переложение первой части поэмы Данте, сделанное О’Брайеном: O’Brien S. Inferno: a verse version of Dante’s Inferno. Picador, 2006.


Prosodia.ru — некоммерческий просветительский проект. Если вам нравится то, что мы делаем, поддержите нас пожертвованием. Все собранные средства идут на создание интересного и актуального контента о поэзии.

Поддержите нас

Читать по теме:

#Новые стихи #Переводы
Саша Дагдейл. Где-то темная энергия швыряет монетки

В рамках проекта о современной британской поэзии, поддержанного Посольством Великобритании в Москве, Prosodia представляет Сашу Дагдейл, чей голос спрятан среди созданных ею персонажей.

#Современная поэзия #Переводы
Фрэнк Ормсби. Дышать в окно автобуса

В рамках проекта о современной британской поэзии, поддержанного Посольством Великобритании в Москве, Prosodia представляет поэта Фрэнка Ормсби, который собирает память по сиюминутным камерным зарисовкам.