5 главных тем поэзии Эмили Дикинсон

10 декабря исполняется 190 лет со дня рождения Эмили Дикинсон – знаменитой «Белой затворницы» из провинциального городка Амхерст штата Массачусетс. Prosodia отмечает юбилей американской поэтессы подборкой стихотворений, иллюстрирующей основные темы ее поэзии.

Чернышев Илья

Предположительно здесь запечатлены Эмили Дикинсон и её подруга Кейт Скотт Тёрнер | Просодия

Эмили Дикинсон 

10 декабря 1830 года родилась Эмили Дикинсон – одна из самых значительных фигур в американской поэзии XIX века, которую уместно охарактеризовать как «луч света в пуританском царстве» Новой Англии (регион в США, объединяющий штаты Коннектикут, Мэн, Массачусетс, Нью-Гэмпшир, Род-Айленд, Вермонт). Поэтическое творчество Дикинсон выделяется на фоне окружавшего ее благонравия и фанатичной религиозности, хотя и несет на себе отпечаток кальвинистского мировосприятия.


Загадочность ее образа связана, прежде всего, с нежеланием поэтессы публиковать свои произведения. После робкого письма, отправленного в 1862 году литературному критику Томасу Хиггинсону с просьбой оценить четыре стихотворения, она не предпринимала попыток поделиться результатами своего творчества с внешним миром. К слову, Хиггинсон стал главным корреспондентом поэтессы: переписку с ним Дикинсон продолжала всю жизнь, – и именно благодаря Хиггинсону были изданы посмертно несколько ее сборников.


Пожалуй, самым необычным фактом в биографии поэтессы стало ее добровольное затворничество. В 1858 году она решает навсегда оградить себя от окружающего мира, ограничив круг общения близкими родственниками и немногочисленными друзьями. Неизвестно, что побудило Дикинсон принять такое решение. Исследователи указывают на то, что примерно в это время начинается самый плодотворный период в ее творчестве (с 1858-го по 1865-й она написала более 800 стихотворений). Возможно, именно занятия поэзией потребовали полной отстраненности. В качестве другой вероятной причины исследователи приводят неразделенную любовь Дикинсон к пастору Чарльзу Уодсворту, хотя свидетельств, подтверждающих эту версию, практически нет. До нас дошло письмо поэтессы к судье Отису Ф. Лорду, написанное после смерти Уодсворта в 1882 году: «Мой Священник покинул Землю весной, но скорбь принесла свой холод. Времена года не делают ее теплее».


После смерти Эмили Дикинсон в 1886 году ее сестра Лавиния обнаружила в закрытом ящике письменного стола 40 блокнотов, в которых было записано 1775 стихотворений. Первые сборники, напечатанные в 1890 и 1891 годах под редакцией Хиггинсона, остались практически незамеченными в литературной среде. Интерес к творчеству Дикинсон проявился в полной мере лишь спустя 70 лет после смерти поэтессы, когда было издано полное собрание ее сочинений.


1. Известность


              * * *

Публикация – продажа

Мыслей с молотка –

Скажут – Бедность заставляет

Нас наверняка.


Может быть, и так – но лучше

Мерзнуть целый Век

И уйти к Творцу безгрешным –

Чем продать свой Снег.


Разум дан нам свыше. Мыслить –

Господа удел.

И того, кто думы в Слове

Воплотить сумел.


Если хочешь - продавай ты

Божью Благодать –

Но позор для нас - ценою

Гений унижать!

1863

(пер. Анатолия Кудрявицкого)


В первом письме к Эмили Дикинсон Томас Хиггинсон посоветовал ей не спешить с публикацией и поработать над своим поэтическим мастерством. В ответ на это поэтесса поделилась размышлениями о возможной известности: «Я улыбнулась, когда Вы предложили мне повременить "публиковаться", это так же чуждо моей мысли, как твердь плавнику. Если слава принадлежит мне, я не смогу убежать от нее, если же нет – самый длинный день пронесется мимо, не заметив меня, и тогда я не получу признания даже у своей собаки. Лучше мне оставаться в моем низком положении».


дикинсон.jpg

Эмили Дикинсон, единственный достоверный портрет во взрослом возрасте (1846 – 1847).


В стихотворении очевидна религиозность Дикинсон, ее убежденность в том, что поэтическое творчество, как и все, что связано с человеком, имеет божественное начало. Поэтому она считает кощунственным выставлять мысли на продажу, и даже нужда не оправдывает в ее глазах стремления к славе.



2. Вера


              * * *

Победа приходит поздно –

Приникает к холодным губам –

Слишком бесчувственным, чтобы они

Могли ее ощутить.

Какой бы могла быть сладкой

Только капля ее!

Неужели же Бог так скуп?

Стол его слишком высок –

На цыпочках не дотянуться!

Крохи - для малых ртов,

Ягоды – для Малиновок –

Завтрак Орлов ослепляет их!

Бог верен клятве своей Воробьям –

Знающим, как голодать!

1863

(пер. Аркадия Гаврилова)


Тема христианской веры всегда присутствовала в творчестве Эмили Дикинсон, хотя ее отношение к религии и Богу неоднозначно. В стихотворениях и письмах поэтессы прослеживаются сомнения в навязанных ей пуританским воспитанием идеалах, попытки самостоятельно разобраться в том, каково отношение Бога к собственному творению.


В приведенном выше стихотворении Бог представляется одновременно суровым и заботливым, справедливо одаряющим всех существ своей милостью. При этом наибольшего участия заслуживают, по мнению Дикинсон, самые несчастные – воробьи, знающие как голодать.


О самостоятельности поэтессы в вопросах веры свидетельствует, к примеру, то, что за несколько лет до своего затворничества она отказывается от посещения церкви. Позже в письме к Элизабет Холланд Дикинсон позволяет себе даже усомниться в превосходстве небесного рая над земной жизнью: «Если бы розы не увядали и никогда не было бы морозов, и никто не падал бы здесь и там, кого я уже не могу разбудить, то не было бы нужды в другом Рае, кроме того, который внизу  и если бы Бог побывал здесь этим летом и видел бы то, что я видела  я думаю, Он решил бы, что Его Рай лишний».



3. Затворничество


                * * *

Просторней голубых Небес

Мой мозг во много раз –

В себя он с легкостью вместит

И небосвод, и вас.


Намного глубже моря он,

Хоть море глубоко –

Как губка, целый океан

Впитает он легко.


Он нужен Богу – чтобы Бог

Творенье взвесить смог –

И если с гирей он не схож,

То лишь как звук и слог.

1862

(пер. Аркадия Гаврилова)



В одном из писем к Хиггинсону поэтесса пишет: «Вы спрашиваете о моих товарищах. Холмы, сэр, и Закаты, и пес – с меня ростом – которого купил мне отец. Они лучше, чем человеческие существа – потому что всё знают, но не говорят…». В то же время в других письмах содержатся жалобы на одиночество: «Ничего не случилось, кроме одиночества, – слишком обыденная вещь, чтобы упоминать о ней» (1863 год); «Ужасное одиночество убивает меня» (1879 год).


800px-Emily_Dickinson_(perhaps)_1859.png

Предположительно здесь запечатлены Эмили Дикинсон и её подруга Кейт Скотт Тёрнер.


Преодолеть ощущение отчужденности Дикинсон стремится с помощью поэтического воображения, способного охватить целый мир, а увидеть смысл в уединении ей помогает вера в божественное Провидение.



4. Бессмертие


                   * * *

Коль к Смерти я не смогла прийти,

Та любезно явилась в Карете,

И вот мы с нею уже в пути,

И с нами – Бессмертье.


Она лошадей отнюдь не гнала

И вовсе не торопилась,

И я отложила досуг и дела,

Такую ценя Учтивость.


Проехали Школу, где Детвора,

Забросив уроки, резвилась,

На нас глазели Хлеба в Полях,

За нами садилось Светило –


Верней, оно миновало нас,

Пронзив росой на закате, –

На мне из Шелка Накидка была,

Из легкого Газа – Платье.


И вот - мы у Дома, который мне

Казался - Холма не выше –

Карниз давно погребен в Земле –

Едва заметна Крыша,


Века пролетели, и каждый был

Короче Дня в Пути, –

И мне открылось, что Лошади

Несутся к Вечности –

1863

(пер. Яна Пробштейна)



Смерть для Эмили Дикинсон неразрывно связана с вечностью и, парадоксальным образом, является проводником к бессмертию. Поэтесса говорит о безусловном бессмертии души и незначительности всего, что связано с телом.


DickinsonHomestead_oct2004 (1).jpg

Дом семьи Дикинсон


В более раннем стихотворении эта мысль выражена еще более отчетливо: «Чтобы ценить будничные дни, / Которые составляют смену времен года, / Нужно только вспомнить, / Что от тебя и меня / Они могут отнять пустяк, / Называемый бренностью!».


Интересно, что в стихотворении смерть представлена не традиционной старухой с косой, а в образе джентльмена, вежливо приглашающего лирическую героиню совершить совместную прогулку в экипаже. Естественно, что во времена Дикинсон такие предложения было уместно принимать только от молодых людей, имевших намерение жениться.



5. Природа


              * * *

Как мало у Травы забот –

Любой бы благом счел

За лётом Бабочек следить –

Внимать гуденью Пчел –


И целый день качаться в такт

Порывам Ветерка –

И на коленях Солнца луч

Покачивать слегка –


Потом нанизывать всю ночь,

Как Жемчуга, Росу –

Чтобы затмить к началу дня

Любых Принцесс красу –


И даже умирая в срок –

Ей данный, как и нам, –

Как пряности, благоухать –

Как благовонный нард –


Потом на Сеновале спать –

И Лето вспоминать.

Как мало у Травы забот –

Хочу я Сеном стать.

1862

(пер. Аркадия Гаврилова)



С природой, как и с Богом, у поэтессы связано множество размышлений. Так, цитата из очередного письма к Хиггинсону свидетельствует о том, что в ней она стремилась найти отражение себя: «Природа, как мне кажется, не имеет друга для игр». Интересно и наблюдение Дикинсон о взаимоотношениях природы и искусства: «Природа – заколдованный Дом, Искусство – Дом, который хочет быть заколдованным».


В целом же, любое проявление окружающего природного мира достойно, по мнению поэтессы, восхищения из-за своей простоты и гармоничности. Отсюда и желание Дикинсон превратиться в травинку, стать частью естественного круговорота природных явлений.


Prosodia.ru — некоммерческий просветительский проект. Если вам нравится то, что мы делаем, поддержите нас пожертвованием. Все собранные средства идут на создание интересного и актуального контента о поэзии.

Поддержите нас

Читать по теме:

#Новые стихи #Современная поэзия
Дмитрий Аникин. Богатый гость Садко

Prosodia публикует поэтический цикл москвича Дмитрия Аникина о том, как новгородский гусляр-купец Садко схоронил от Москвы вольный русский мир на дне Ильмень-озера. Поэт добивается от былинного сюжета крайне современного звучания. 

#Новые стихи #Современная поэзия
Дарья Горновитова. Под портретом Пушкина

Prosodia публикует большую психоделическую поэтическую вещь Дарьи Горновитовой, поэта и драматурга из Самары. Это монолог своеобразного героя нашего времени – провинциального врача.