Александр Амфитеатров: статьёю сто двадцать девятой заткнётся дерзостная пасть

Ода на победу над граммофоном

Тов. м.в.д. Золотарёв обратился к Щегловитову с предложением ввести цензуру граммофонных пластинок.


Телеграмма


Ты знаешь бич ужасный века?
Ты слышал звук удавный тот,
Как будто душат человека,
А он, хоть душат, всё поёт?
Внебрачный правнук аристона,
Синематографа кузен,
Под мрачной фирмой граммофона,
Россию взял в крамольный плен.
Холмы, долины, грады, веси,
Взревели, им оглашены,
Как будто в них вселились бесы,
Геенским скрежетам верны.
Но в помещении закрытом
Ещё свирепей граммофон —
Как будто болен дифтеритом
В нём даже Собинова тон!
Орёт жестокая машина,
Хрипя, храпя, шипя, звеня —
Гремит Шаляпина «Дубина»,
Его-ж – «Колена преклоня»!
То – Карапетом либо Ицкой
Врёт анекдоты без конца,
То заголосит вдруг Плевицкой
Скандал про «Ухаря-купца».
Подобны ржавому железу
В нём трели даже серебра…
Порою грянет «Марсельезу»,
Порою рявкает «ура»!..
А, в заключение несчастий,
Звончее, чем локомотив,
Гнусит он Вяльцевою Настей,
Как будто насморк захватив.
Но граммофонного страданья
Свершился рок, окончен срок,
И, горделивым в назиданье,
Готов решительный урок.
Патриотической натуре
Несносен стал крамольный рёв,
И подчинить его цензуре
Решил мосье Золотарёв.
Статьёю сто двадцать девятой
Заткнётся дерзостная пасть.
Узнаешь, граммофон проклятый,
Что значит крепкая-то власть!
Одет в намордники повсюду,
Явишь закона торжество,
Пища: «простите! я не буду!
Не буду больше, вашество!».
Спасла от горя государство
Опять Всевышнего рука,
И новый опыт Золотарства
Прославят русские века!

Не позже 1912 года

Чем это интересно

Александр Валентинович Амфитеатров родился в семье протоиерея, настоятеля Архангельского собора Московского Кремля Валентина Амфитеатрова и дочери протоиерея Иоанна Чупрова, сестры профессора А. Чупрова.

Если Валентин Николаевич Амфитеатров считался подвижником благочестия и в народе почитался как чудотворец, то сын его был человеком легкомысленным: увлекался пением (как оперный певец был зачислен в труппу Мариинского театра, пел вторым баритоном два сезона в Тифлисе и Казани). Был склонен к литературному хулиганству – мог выдать поэму «Демон» за свою.

Амфитеатров вспоминал: "Когда Чехов прознал, что я в далекой провинциальной газете («Новом обозрении» Н.Я.Николадзе в Тифлисе) согрешил поэмою «Демон», он при первой затем встрече так и приветствовал меня: "Здравствуйте, Михаил Юрьевич "

В 1889 году Амфитеатров оставил оперную карьеру, посвятив себя литературе и журналистике.

Кстати, отец сатирика послужил прообразом персонажа одного из романов Амфитеатрова о жизни проституток. А таких романов у сына протоирея было много. Жизнь проституток - одна из сквозных тем прозы Амфитеатрова. «Марья Лусьева» (1903), «Виктория Павловна» (1903), «Марья Лусьева за границей» (1904, 1908), «Дочь Виктории Павловны» (1914—1915), «Лиляша» (1922).

По словам Амфитеатрова, хотя его романы – выдумка, в них нет ни одного, хотя бы самого мелкого, эпизода, который был бы вымышлен.

Советский и российский критик Лидия Спиридонова писала об Амфитеатрове: "Стремление скрупулезно зарегистрировать жизненные события отличает многотомные хроникальные повествования Амфитеатровао судьбах русского] общества… Эти книги носят печать всеохватности, знания среды, натуралистической точности описаний.. Ставя задачу передать социально-психологическое своебразие эпохи (описать феномен «восьмидесятничества», «девятидесятничества»), Амфитетров создает (методом «экспериментального наблюдения») портреты-типы, включает в романы реальные исторические персонажи».

За свою журналистскую деятельность Амфитеатров был неоднократно наказан царской властью. 13 января 1902 года в газете «Россия» была опубликована первая глава романа-фельетона о царской семье «Господа Обмановы». Уже 14 января Амфитеатров был сослан на 5 лет в Минусинск. Правда, к концу года он вернулся в Петербургш - власти приняли во внимание заслуги отца.

В 1904 году Амфитеатров вновь был сослан в Вологду за статью, направленную против обвинений студентов Горного института в прояпонских настроениях.

В том же году «по состоянию здоровья» Александр Валентинович выехал за границу. В Росси он вернулся только в 1016 году.

В конце 1917 года Амфитеатров редактировал газету Совета союза казачьих войск «Вольность», в 1917—1918 годах печатал антибольшевистские статьи. С ликвидацией независимой печати сатирик переквалифицировался в педагога (преподавал литературу в Педагогическом институте, в женской гимназии), переводил с итальянского для издательства «Всемирная литература».

23 августа 1921 года сатирик бежал на лодке из Петрограда в Финляндию.

По сочинениям Амфитеатрова (одних только романов у Александр Валентинович сочинил больше тридцати) можно учить российскую историю. Так в стихотворении «Ода на победу над граммофоном» идет речь о письме заместителя министра внутренних дел Михаила Игнатьевича Золотарёва министру юстиции Ивану Григорьевич Щегловитову.

В стихотворении упомянута статья 129 Уголовного уложения 1903 года. По этой статье в начале XIX век привлекали к ответственности журналистов - за призывы к ниспровержению власти и неповиновению закону.

Золотарев предлагает Щегловитову посмотреть на граммофонные пластинки как на средство массовой информации. Разве  «Дубина» Шаляпина не призыв к свержению власти? Не говоря уже о «Марсельезе». А ведь кроме песен можно записать анекдот или целую статью.

По все видимости, письмо Золотарева принесло некоторые результаты. В газете «Музыкальное эхо» за 1914 год можно прочитать: «В начале апреля в Московском агентстве Объединённых фабрик полиция провела обыск. Искали пластинки «Рассказ Микешки о потопе» и «Научное толкование о сотворении мира». Несмотря на то что запрещённых записи не удалось найти, была взята подсписка о том, что Московское агентство впредь не будет продавать эти пластинки».

Забегая вперёд, скажем, что граммофонная цензура не спасла ни Щедровитого, ни Золотарёва. Осенью 1918 года и тот и другой были расстреляны большевиками в рамках операции "Красный террор".

Александр Валентинович умер своей смертью 26 февраля 1938 года в городке в итальянском городке Леванто.