Цитата на случай: "Это надо быть трижды гением, / чтоб затравленного средь мглы / пригвоздило тебя вдохновение". А.А. Вознесенский

Самуил Маршак: открывший в ребенке читателя

Пять вопросов о жизни и творчестве одного из самых известных детских поэтов России — в день его 134-летия.

Толстов Сергей

фотография Самуил Маршак | Просодия

Самуил Яковлевич Маршак (3 ноября 1887, Воронеж – 4 июля 1964, Москва) – советский поэт, переводчик, критик, автор большого количества популярных книг для детей, лауреат Ленинской и четырех Сталинских премий. Маршак оказал огромное влияние на развитие детской литературы и никогда не тяготился славой «детского автора». Мы подготовили пять вопросов, которые помогут лучше понять особенности его творческого пути.


Почему Маршак так много писал для детей?


Крупные поэты редко обращаются к поэзии, рассчитанной на младшую аудиторию и тем более не любят, когда ее известность затмевает другие работы автора. Однако Самуил Маршак пришел в детскую литературу вполне осознанно и с желанием поднять ее качество на новый уровень, потому что был убежден, что «писать детские книжки – великая честь для литераторов». На Первом всесоюзном съезде писателей в 1934 году в своей речи «О большой литературе для маленьких» он озвучил тот набор идей и методов, которые легли в основу его профессиональной деятельности и в дальнейшем повлияли на развитие советской детской литературы: дети предъявляют к книгам свои высокие требования и читают внимательно, для них неприемлема скучная дидактика, поэтому писать надо правдиво, без сюсюканья, исследуя конкретные запросы и интересы. Можно сказать, Маршак первым увидел в детях полноценную и благодарную читательскую аудиторию, способную обнаружить в литературе то, чего не видят в ней взрослые. И если «ремесленники детской книги дореволюционных лет были эпигонами и нахлебниками большой литературы», то новому поколению детских писателей предстояло создать новый язык, столь же «монументальный», но учитывающий все особенности юного читателя и способный создать из него «нового человека». Достойный вызов для поэта!


Как возможно, что литературная карьера Маршака началась одновременно очень рано и довольно поздно?


Дело в том, что Маршак обратил на себя внимание литературной общественности еще в юности. Стихи пятнадцатилетнего поэта попали в руки известного критика Владимира Стасова, который взял его под свою протекцию и познакомил с Максимом Горьким. Первая публикация случилась уже в 1904 году, а за Маршаком закрепилась репутация поэта-вундеркинда. Известна история, как Стасов просил Льва Толстого благословить «юного Сама» через фотографию, на что Толстой ответил, что «вундеркинды подобны фейерверку – вспыхнут на мгновение, удивят, наобещают, а потом погаснут». К сожалению, нечто похожее и произошло. Чересчур традиционная поэзия Маршака не дала ему попасть в первый эшелон авторов, новые публикации выходили достаточно часто, но явно не соответствовали заявленным ожиданиям.

Настоящий прорыв случился только после того, как поэт разменял четвертый десяток лет и выпустил в 1923 году сразу несколько отличных детских книг: «Дом, который построил Джек», «Детки в клетке», «Сказ о потерянном мышонке». В них нашли свое отражение теоретические размышления Маршака о демократизации искусства, опыт исследования зарубежных сказок и фольклора, а также собственный жизненный путь, включающий в себя работу в приютах и детских городках. Именно этот этап по-настоящему увековечил творчество Самуила Маршака.


Действительно ли Маршак был учителем Даниила Хармса?


За ответом обратимся к самому Хармсу, который написал в дневнике в 1929 году: «Учителями своими считаю Введенского, Хлебникова и Маршака». Но здесь следует сделать несколько важных уточнений. Во-первых, речь идет именно о влиянии по части детской поэзии. Будучи главным консультантом и идеологом детского журнала «ЁЖ», Маршак привлек в качестве авторов не только Хармса, но и Введенского, Заболоцкого, Шварца, открыв для неприкаянных и не вписывающихся в текущие литературные нормы абсурдистов возможность публиковаться и получать деньги за произведения. Наставничество Маршака помогло им найти новое и, что важно, востребованное направление работы, сформировало их как ярких детских авторов. Но влияние это не было односторонним. Звучная, забавная и самобытная поэзия обэриутов тоже обогатила творчество склонного к традиции Маршака, расширила его представления о возможном. Например, по стилю и форме совместное с Хармсом стихотворение «Веселые чижи» не похоже на прежние работы поэта:

Лежа в постели,
Дружно свистели
Сорок четыре
Веселых чижа:
       Чиж — трити-тити,
       Чиж — тирли-тирли,
       Чиж — дили-дили,
       Чиж — ти-ти-ти,
       Чиж — тики-тики,
       Чиж — тики-рики,
       Чиж — тюти-люти,
       Чиж — тю-тю-тю!


Правда ли, что Маршак лучше всех перевел Шекспира?


Наряду со стихами для детей высоко ценится деятельность Маршака как переводчика зарубежной поэзии. Особенно часто вспоминают его работу по переложению на русский язык 154 сонетов Уильяма Шекспира (хотя не менее достойна внимания работа с текстами Байрона, Блейка, Бёрнса, Киплинга и других англоязычных авторов). Эти переводы до сих пор считаются классическими, а по мнению известного литературоведа Михаила Гаспарова, «со времен Жуковского не было или почти не было другого стихотворного перевода, который в сознании читателей встал бы так прочно рядом с произведениями оригинальной русской поэзии». Не большим преувеличением будет сказать, что именно Маршак ответственен за наше представление о сонетном творчестве Шекспира.

В то же время, просто назвать эти переводы лучшими, не погружаясь глубоко в проблемы переводоведения и не изучая переводческую стратегию самого Маршака, будет слишком однобоко. Отметим только, что поэт не был сторонником буквального переложения текстов с заменой иностранных слов русскими, а довольно смело видоизменял образную систему оригинала, пытаясь сделать ее более понятной и интересной современнику. Это привело к тому, что «маршаковский Шекспир» получился более абстрактным, мягким и эмоциональным. Такой подход согласуется с идеями «реалистического перевода», предполагавшего, что переводить нужно не сами произведения, а действительность, которая за ними лежит.


Есть ли у Маршака собственные «недетские» произведения?


Самуил Маршак в течение жизни занимался не только детской поэзией и переводами. Он писал лирические произведения, пьесы, фельетоны, агитационные стихи и многое другое. Особенный интерес представляет лирика, к которой поэт всерьез обратился уже в достаточно позднем возрасте – первая книга «избранной лирики» вышла только в 1962 году. В этих стихах Маршак уделяет много внимания природе, вспоминает собственное детство, рассуждает о времени, а также рефлексирует об искусстве и своем месте в нем.

Свои стихи, как зелье,
В котле я не варил
И не впадал в похмелье
От собственных чернил.

Но чётко и толково
Раскладывал слова,
Как для костра большого
Пригодные дрова...

Это все та же традиционная и ясная поэтика, которую Маршак бережно перенял у поэтов прошлого и в которой пытался найти некие вневременные переживания, доступные человеку любой эпохи. Но есть тут и отголосок «детских стихов» – простота слога и легкая наивность, создающая эффект остранения при взгляде на бытовые вещи. Ознакомиться с этим пластом творчества поэта будет совсем не лишним.

Словарь


Усердней с каждым днем гляжу в словарь.
В его столбцах мерцают искры чувства.
В подвалы слов не раз сойдет искусство,
Держа в руке свой потайной фонарь.

На всех словах – события печать.
Они дались недаром человеку.
Читаю: «Век. От века. Вековать.
Век доживать. Бог сыну не дал веку.

Век заедать, век заживать чужой…»
В словах звучит укор, и гнев, и совесть.
Нет, не словарь лежит передо мной,
А древняя рассыпанная повесть.