«Взрослые» стихи Сапгира
20 ноября исполняется 95 лет со дня рождения Генриха Сапгира – сценариста «Союзмультфильма» и одного из самых оригинальных деятелей андеграундной советской поэзии. Prosodia публикует подборку его стихотворений, в которых ярко отразились «формалистские» эксперименты поэта и стремление деконструировать окружающую действительность.

В советском массовом сознании Генрих Сапгир существовал как талантливый детский писатель и сценарист: по его книгам детей учили читать и считать, а с его сценариями работали режиссеры «Союзмультфильма». Об успехе Сапгира на поприще детской литературы красноречиво свидетельствует тот факт, что его «Людоед и принцесса» и «Приключения Кубарика и Томатика» до сих пор отмечены в книжных магазинах как «бестселлеры».
О том, что Сапгир – «патриарх московского литературного авангарда», читательская публика узнала только в 1990-е годы, после официального издания в России сборников его «взрослой» поэзии. Тем не менее в кругу неподцензурных деятелей советского искусства эксперименты Сапгира были замечены и широко приветствовались уже в начале 1960-х. В это время (1958 – 1962) создавались «Голоса» – первый сборник рукописей, не подвергнутый уничтожению (поэт уничтожал все написанное им дважды: в начале 1950-х, чтобы избежать последствий возможного доноса, и в 1958 году, чтобы «отделить созревшего мастера от созданного им за годы ученичества»).
О «годах ученичества» и о том, что повлияло на его поэзию, Сапгир высказывался следующим образом: «С 15 лет меня воспитывал и образовывал мой духовный Учитель Евгений Леонидович Кропивницкий. Люблю русскую поэзию, живопись и музыку. Прозу Льва Толстого, Чехова особенно. Недолюбливаю в основном советское в искусстве. Из-за фальши. К постсоветскому равнодушен. Философию читаю и почитаю русскую начала века и восточную: дао, дзен. Никакого образования кроме Платоновской академии моего духовного Учителя и самообразования в дальнейшем, слава Богу, не получил. С детства хотел быть писателем».
К сказанному выше стоит добавить, что на поэтику Сапгира очевидно оказали влияние ранние стихи Маяковского, заумь Крученых, творчество Хлебникова и обэриутов (Хармса, Введенского, Заболоцкого). Особое место в ряду любимых поэтов всегда занимал Пушкин (в 1985 году изучение его творчества приводит Сапгира к созданию цикла «Черновики Пушкина»).
Любопытно, что, являясь частью «лианозовского содружества» и близко общаясь со многими поэтами и художниками, Сапгир не причислял себя ни к какому объединению: «Никакой "лианозовской школы" не было. Мы просто общались. Пройдя эти "платоновские академии" общения, мы научились главному – определять, что хорошо в искусстве, а что плохо. Если говорить об эстетических убеждениях поэтов-"лианозовцев", то они не были сформулированы, просто мы одновременно почувствовали, что современная нам официальная поэзия отделилась вообще от первоосновы всякой поэзии, от конкретного события, от предмета, стала выхолощенной, абстрактной, риторичной, "литературной". Мы захотели вернуть поэзии конкретность».
В качестве иллюстраций использованы кадры из мультфильмов, снятых по сценариям Сапгира: «Как козлик землю держал», «Трое на острове», «Серебряное копытце», «Паровозик из Ромашкова», «Маленькая колдунья».
О том, что Сапгир – «патриарх московского литературного авангарда», читательская публика узнала только в 1990-е годы, после официального издания в России сборников его «взрослой» поэзии. Тем не менее в кругу неподцензурных деятелей советского искусства эксперименты Сапгира были замечены и широко приветствовались уже в начале 1960-х. В это время (1958 – 1962) создавались «Голоса» – первый сборник рукописей, не подвергнутый уничтожению (поэт уничтожал все написанное им дважды: в начале 1950-х, чтобы избежать последствий возможного доноса, и в 1958 году, чтобы «отделить созревшего мастера от созданного им за годы ученичества»).
О «годах ученичества» и о том, что повлияло на его поэзию, Сапгир высказывался следующим образом: «С 15 лет меня воспитывал и образовывал мой духовный Учитель Евгений Леонидович Кропивницкий. Люблю русскую поэзию, живопись и музыку. Прозу Льва Толстого, Чехова особенно. Недолюбливаю в основном советское в искусстве. Из-за фальши. К постсоветскому равнодушен. Философию читаю и почитаю русскую начала века и восточную: дао, дзен. Никакого образования кроме Платоновской академии моего духовного Учителя и самообразования в дальнейшем, слава Богу, не получил. С детства хотел быть писателем».
К сказанному выше стоит добавить, что на поэтику Сапгира очевидно оказали влияние ранние стихи Маяковского, заумь Крученых, творчество Хлебникова и обэриутов (Хармса, Введенского, Заболоцкого). Особое место в ряду любимых поэтов всегда занимал Пушкин (в 1985 году изучение его творчества приводит Сапгира к созданию цикла «Черновики Пушкина»).
Любопытно, что, являясь частью «лианозовского содружества» и близко общаясь со многими поэтами и художниками, Сапгир не причислял себя ни к какому объединению: «Никакой "лианозовской школы" не было. Мы просто общались. Пройдя эти "платоновские академии" общения, мы научились главному – определять, что хорошо в искусстве, а что плохо. Если говорить об эстетических убеждениях поэтов-"лианозовцев", то они не были сформулированы, просто мы одновременно почувствовали, что современная нам официальная поэзия отделилась вообще от первоосновы всякой поэзии, от конкретного события, от предмета, стала выхолощенной, абстрактной, риторичной, "литературной". Мы захотели вернуть поэзии конкретность».
В качестве иллюстраций использованы кадры из мультфильмов, снятых по сценариям Сапгира: «Как козлик землю держал», «Трое на острове», «Серебряное копытце», «Паровозик из Ромашкова», «Маленькая колдунья».
из
Читать по теме:
Андрей Ткаченко. Море на миг замри и сохранись внутри
Prosodia публикует новые стихи Андрея Ткаченко из Ростова-на-Дону – это размышления о том, как человек пытается сохраниться от мира, но сохранить самое важное для мира.
Надежда Келарева. С такой неотвратимой простотой
Prosodia впервые публикует стихи Надежды Келаревой, она живет в Санкт-Петербурге, но стихи проникнуты сдержанной архангельской северной эстетикой.